Он, по сути дела, сказал главное. Мне стало гораздо легче…
Секретарша осторожно открыла дверь и едва слышно сказала Иванке:
— Товарищи пришли.
— Будем обсуждать программу выставки прикладного искусства в Орешаке. Есть интересные идеи.
Вечер опустился над городом. Иванка продолжала работать, а дома, наверное, ее ожидали…
ОТЕЦ, ОТЕЦ…
В городе есть две главные улицы. Одна из них идет параллельно железнодорожной линии, а вторая, намного длиннее, упирается в первую точно перед входом на станцию. Там, на перекрестке, самое шумное место — одни спешат на поезд, другие прибывают. Выбрав удобную позицию, на одном из углов в ожидании стоит Мартин. Он пришел раньше назначенного времени. Знакомые издалека улыбаются, а ему кажется, они спрашивают его: «Что, опоздала девушка?»
В сущности, он ничего не знает о ней. Они познакомились в поезде, и все. Только одна встреча, а ночью она приснилась ему — большие глаза, роскошные длинные волосы, властный взгляд. Она вдруг вошла в его жизнь шумно и неожиданно, как бегущая весенняя вода с Балканских гор.
На станцию прибыл скорый поезд. Люди как лавина хлынули на перрон. Новые пассажиры спешили сесть на поезд, искали свои места. На перроне остались только провожающие. У вечернего поезда их всегда меньше. Среди них Мартин увидел дядю Георгия. Нет, он не был простым провожающим. По старой привычке, стоя перед своей «канцелярией», на которой издалека была видна надпись «Штаб гражданской обороны», он уже несколько лет из года в год встречал и провожал поезда.
Мартин вспомнил вчерашний разговор с дядей Георгием.
— По нашему мнению, Мартин, твое место в партии.
— Да, но я не знаю, дорос ли до этого…
— Ты прав. До партии каждый доходит своим путем. Для одних он становится длинным, они проходят его медленно и трудно. Твой отец его прошел на одном дыхании…
Поезд медленно тронулся, и перрон опустел. Мысли вернули Мартина к вчерашней поездке. В купе они оказались втроем — Петр, коллега Мартина, он сам и незнакомка. Ее приход коллега встретил враждебно. Взглядом он сказал Мартину: «Ненавижу таких женщин… Не закрывай окно, давай ее подразним».
— Грубияны! Женщина их просит, а они притворяются глухими! — возмущалась она.
Мартин встал и энергично закрыл окно.
— Хочешь показать, что ты не грубиян? — поддел Мартина его коллега…
Мартин все чаще посматривал на часы. Неужели Петр устроил какую-то шутку, когда сказал, что она назначила ему встречу здесь. Еще немного, и он уйдет.
— Добрый вечер! Я хотела быть точной, но… — Она остановилась перед ним, ласково улыбнулась.
Он смутился, оцепенел, не зная, что сказать.
Был приятный вечер.
— Твои подруги, наверное, вечером будут смотреть на меня со злостью. — Она заговорила с ним на «ты».
— В городе у меня нет подруг, — пришел он в себя.
— Ну-ну, мы не маленькие, чтобы обманывать друг друга. Сыном героя многие интересуются.
— Какое отношение имеет к этому мой отец? — спросил с недоумением Мартин.
— Я хочу сказать, что тебя все знают и тебе в жизни открыта зеленая улица.
— Каждый сам стрелочник своего будущего!
— Это не так. В будущее проходят через мост, и довольно узкий. Одни могут его пройти, другим этого не дано.
— Нет! — возразил Мартин. — Одни проходят по этому мосту, потому что трудятся, а другие желают быть перенесенными на руках.
— Когда ты говоришь, тебя интересно слушать! Скажи мне, ты влюблялся когда-нибудь? Но только честно! — настаивала она.
— Да! Когда был студентом. Но она оказалась замужем, с двумя детьми.
И оба засмеялись. Парк давно окутал их своим мраком.