Не знаю, чего во мне, глядя на Кирилла, было больше – радости или разочарования. Наверное, парень просто-напросто действовал мне на нервы. В то время как я кусала губы и непрерывно хмурилась, он выставлял посаженные частоколом зубы на просушку. Никакого видимого волнения, представляете! Раздражал, не смотря на то, что любезно привез все мои вещи из эдуардовой квартиры. Впрочем, из всего того барахла, которое делало мою сумку похожей на вот-вот готовый лопнуть стручок, мне по-настоящему был нужен один-единственный клочок бумаги, выуженный из кармана джинсов. С номером телефона Уна Бомбера.
У меня появлялось ощущение давящей пустоты в грудной клетке всякий раз, когда я думала о том, что собираюсь сделать. Я была нужна Бомберу как ниточка, которая приведет его к зерну категории «А», которое, в свою очередь, позволит ему лихо подняться по карьерной лестнице жизни. Зерно категории «А» было нечто вроде пропуска в вип-зону. В отличие от меня, Бомбер жаждал воспользоваться этим пропуском.
Я сжимала клочок с телефоном в кулаке, а мое внимание было приковано к оружию, которыми теперь были нафаршированы находящиеся в комнате мужчины.
- «Макаров»? – спросила я, нарушая тишину. Кирилл испытующе посмотрел на меня, будто бы спрашивая: «Да ну?» Я пожала плечами: - У отца такой же. Он редко носит его, но когда носит, то в напоясной кобуре… Что? Что я такого сказала? А, ясно. Да, черт возьми, - рявкнула я, прожигая взглядом потешающегося Кирилла, - мы, Палисси, все с криминальными наклонностями.
- Пора выдвигаться. Все готовы? – поинтересовался Эдуард. Он всегда снисходительно относился к моим всплескам раздражительности.
Я не была готова.
- Да, - кивнула я, - готовы. На все сто процентов.
- Говори за себя, принцесса, - Кирилл упер руки в боки, демонстрируя накаченные бицепсы. – Потому что я готов на все двести.
Небрежно накинув пиджак на бугристые плечи, Кирилл подмигнул мне и вышел. Эдуард, Артур и я – следом за ним.
Я попросила у Эдуарда мобильный и, замедлив шаг, набрала написанный на клочке бумаги номер. На четвертом гудке мне ответил знакомый клокочущий голос. Говорила я не долго, по существу.
- Ах, как это мило! Маргаритка очаровала пчелку, и теперь пчелка пригласила маргаритку в свой улик! – сладко пропел Бомбер, выслушав мое сухое повествование. – Встречаемся в Кварталах у «Фермы».
- Но мне нечего предложить тебе. Я не достала зерно «А».
- Зато ты очаровала главную пчелку, - повторил он. – Запомнила? Кварталы, на «Ферме». Не начинайте без меня, цветочки.
Я стояла, сжимая в руке мобильный и слушая гудки.
- Рита. – Эдуард подошел ко мне и протянул руку. Наверное, хотел коснуться меня, зато я этого не хотела, просто вложила ему в руку телефон. Хватит на сегодня прикосновений.
- Через, - вздохнув, я посмотрела на часы, - пятнадцать минут, на стоянке «Фермы», ты познакомишься с Уна Бомбером.
Трудно было понять реакцию Эдуарда, выражение его лица не изменилось, ни одна морщинка не углубилась, даже ресницы не дрогнули. Он закрылся в себе не хуже чертового моллюска, приоткрываясь лишь тогда, когда считал нужным. Наверное, уже раз двадцать подряд успел пожалеть, что однажды связался с двойняшками Палисси.
Бок обок мы вошли в зал с гостями. Декор был на высшем уровне. Ледовые скульптуры походили на огромные драгоценные камни, каждый столик поражал богатством убранства, повсюду были композиции из заснеженных ягод, плодов и еловых веток.
Идя рядом с Эдуардом, в джинсах, объемной кофте и ботинках на шнуровке я выглядела как обормот. Но да ладно, все равно все взоры отскакивали от меня, как горох от стенки, и впивались в Эдуарда. Женщины улыбались ему, мужчины приветственно кивали; здесь были и целые семьи, и пожилые пары, и влюбленные парочки, и компании друзей. Кто-то поворачивался ему вслед, кто-то провожал взглядом, но все, я повторяю, все без исключения реагировали на его появление.
- Куда это вы собрались без меня? – вопросила вынырнувшая черт знает откуда София.
- Дай нам минуту, - попросил меня Эдуард.
Не в моих правилах наступать на одни и те же грабли, поэтому, поджав губы, я оставила их и вышла на улицу, где меня поджидали Артур с Кириллом.
«Ауди» мигнуло фарами. Кирилл сидел за рулем, Артур умостился на пассажирском сиденье. Я же осталась стоять на морозе (хотя мороз нынче стал для меня понятием относительным). Закурив и облокотившись о багажник, я смотрела, как по дороге проносятся авто, как сквозь насыщенный персиковым светом воздух скользят снежные хлопья. Когда, наконец, появился Эдуард, я захотела провалиться сквозь землю.