В квартире было темно. Я отмечала детали окружающей обстановки, как если бы спускала кнопку снимка на фотоаппарате: старый линолеум, окна завешены синтетическими шторами, на кухню через приоткрытое окно нанесло снега, пепельница набита окурками. Во имя всего святого, что Агния тут забыла?
Я злилась и испытывала едкий страх одновременно. Поверить не могу, что я притащилась по сомнительному адресу! Непонятно куда, непонятно зачем, непонятно кем врученным мне. Если Агния решила так пошутить, то шутка не удалась.
Да, можете не сомневаться, я спущу с нее шкуру за это.
Я отдернула шторы, и у меня вытянуло дыхание. Норы бездомных усеивали свалку до самого горизонта. Вдалеке угадывались Пески. Очертания высотных домов Песков размазывал идущий снег. Идеальная зарисовка Преисподней.
Что ж, я увидела достаточно, подумалось мне, когда услышала шорох за спиной. Сердце пропустило удар. Я стала оборачиваться:
- Ну наконец-то…
И запнулась на полуслове; слова, булькнув, застряли в горле.
- Ты не Агния, верно?
- Кто вы? Что вы здесь делаете?
Только сейчас я увидела его. Черный силуэт засмеялся и медленно поднялся из кресла. Он все это время был здесь!
- Ты украла мои вопросы. Значит, не Агния. У тебя голос приятнее.
Страх брыкнулся где-то в области груди. Я сделала шаг от окна, по направлению к выходу из комнаты. Незнакомец, будто зеркальное отражение, повторил мое движение.
- Куда это ты собралась, могу я полюбопытствовать?
- Мне пора, - сказала я, сжимая руки в кулаки. Сердце билось как сумасшедшее.
- Нет-нет. Видишь ли, я немного иного об этом мнения.
Я дернулась, как от удара.
- Прочь с дороги, - выдавила я.
Незнакомец все еще находился в тени. Никак не могу разглядеть его лицо. В низком, хрипловатом голосе слышалась улыбка:
- Пока никто не пострадал, поставь эту хреновину на место и давай поговорим.
Я и не заметила, как в моих руках оказалась статуэтка. Я бросила на нее быстрый взгляд: вырезанный из дерева орел, с распростертыми крыльями, приоткрытым клювом. Много острых углов. Если правильно ударить, можно подарить собеседнику много незабываемых ощущений. Я старательно обдумывала это, когда смех мужчины стал громче.
- Что, хочешь врезать мне этим?
Я сделала маленький шажок в сторону. Он синхронно шагнул вместе со мной.
- Мне не нужны неприятности, - голос прозвучал выше и тоньше, чем мне хотелось бы. Как у провинившейся школьницы. – Позвольте мне уйти и забудем об этом.
Его смех выбивал из колеи. Людям не нравится, когда нам ними смеются. Я не была исключением. Впрочем, этот смех подразумевал нечто большее, чем «какая ты забавная». В нем была угроза. И чем крепче я сжимала в руках статуэтку, тем явней эта угроза становилась.
- Кто так делает? Приходит, чтобы сразу уйти? Нет, нет. Тебе придется остаться.
Однако всем моим существом завладело обратное желание. Удобнее перехватив орла, я двинулась в сторону незнакомца. Новый опыт для меня. Как говорил отец: «Опыт – сын ошибок трудных».
- Да ладно тебе! – деланно обиженно сказал незнакомец. – Откуда столько агрессии?
Агрессии? Да я не помнила себя от страха! Сердцебиение застряло в горле. Еще чуть-чуть, и я подавлюсь им. Тяжело сглотнув, я замахнулась проклятым деревянным орлом, чувствуя себя как никогда уязвимой.
Незнакомец без труда перехватил мою руку. Я даже оскорбилась тем, насколько легко ему это удалось, ведь я вложила в удар всю силу. Выхватив из моих внезапно ставших непослушными пальцев статуэтку, он отшвырнул ее. Я попыталась ударить левой рукой. Он перехватил и ее. Оба моих запястья теперь были в его лапах, как в двух железных тисках. Я оказалась в невыгодном положении, стоя аккурат напротив незнакомца. Насколько невыгодном? Настолько, что не могла пошевелиться.
- Я не хочу делать тебе больно, ясно? Угомонись, - проговорил он. Я чувствовала его дыхание на своей коже. В отличие от моего, учащенного, его дыхание было размеренным и глубоким. Образцовое самообладание. Белозубая улыбка расползлась в десяти сантиметрах от моего лица. Было в ней что-то чертовски неправильное. – Угомонись, - настойчивей повторил он, крепче сжав мои запястья.
- Вы сказали, что не хотите делать мне больно, - забормотала я.
- Не хочу. Обещаешь, что будешь вести себя хорошо?
- Что вы сделали с Агнией?
Его смешок холодком скатился по моей спине:
- Для этого, по меньшей мере, надо знать, где она.