- Доброй ночи, Маргарита.
Серый Гольф, похоже, и не думал отпускать меня. Отведя взгляд от его веснушчатого лица, я посмотрела на Кудрявцева и как можно спокойней спросила:
- Чем обязана?
- Вы не спешили ко мне, поэтому я пришел к вам. Должен признать, в Кварталах у вас очень влиятельные друзья. С такими, как Эдуард, не желательно портить отношения. Но, как видите, приходится рисковать.
- Ну что вы, да разве смею я подвергать риску такого милейшего коматозника, как вы?
- Кстати, как вам понравились те фотографии?
- Вы могли бы заработать энную сумму на продаже этой новости и купить себе пару баночек хороших манер. Не забудьте поделиться вырученными деньгами с господином Печкиным – как-никак, это он принес вам столь интересную заметку.
Мордоворот без видимых усилий стянул меня на пол.
- Опять вы за свое, Маргарита Викторовна. А я так старался уладить все на доброжелательной ноте, - Кудрявцев сокрушенно покачал головой. Отчитывал меня как маленькую девочку.
- Бросьте, вы не знаете значение слова «доброжелательность».
Я перевернулась на живот. Прямо перед моим лицом оказались надраенные до блеска ботинки Кудрявцева.
Одно время мы с Владом частенько забирались на верхние этажи высоток; стоя на железном балкончике и глядя вниз, Влад любил совершенствовать свое мастерство в плевках. Я считала, что у него все здорово получалось: то, как резко он втягивал носом воздух и как стремительно выдыхал через рот вместе со сгустком слюны, который не менее стремительно начинал приближаться к земле, к головам и плечам случайных прохожих. Брат научил меня неплохому плевку. Последний раз я делала нечто подобное лет десять назад. Но сегодня пришло время вспомнить прошлое.
Я сделала все, как меня учили. Мгновением позже по правому ботинку Кудрявцева стекал немалый сгусток слюны. Я поняла, что не зря курила все эти годы. Все ради этого момента.
- Ай-ай-ай, Рита! Как нехорошо!
Неодобрительно качая головой, Кудрявцев достал из кармана платок и вытер ботинок. Я наслаждалась видом его перекосившегося лица.
- Неужели вам настолько некомфортно в моем обществе?
- Когда вы уже поймете, что – да, настолько.
- Приношу свои извинения.
- Извинения не приняты, гребаный ты сукин сын.
Матовые глаза Кудрявцева округлились.
- Я в жизни натворил много такого, из-за чего мне плохо спиться по ночам, но женщин я никогда не бил, - сказал он, скорее, обращаясь к себе, чем ко мне или к мордовороту. И кивнул Серому Гольфу.
Серый Гольф наклонился и лениво въехал мне ладонью по физиономии. Звук шлепка получился оглушительным, словно рядом лопнул воздушный шар.
Третья встреча с Кудрявцевым действительно превзошла обе предыдущие, и обещала приятное времяпровождение. Все, как я и предполагала: «дружественные посылы» эволюционировали и приобрели несколько иную форму.
Я лежала, прижимаясь горящей щекой к ледяной плитке пола. Кудрявцев нависал надо мной. Пришла его очередь наслаждаться зрелищем. Я смотрела на него левым слезившимся от боли и обиды глазом.
- Приглашаю вас на чашечку кофе. Заодно обсудим, что вы сделали неправильно.
Чашечка кофе, значит. Чем не приятное времяпровождение? Особенно, если она выпита в компании Александра Кудрявцева.
В майке и легких хлопковых штанах, меня согнали по лестнице на улицу, в пятнадцатиградусный мороз. Снег обжег босые ноги. Мордоворот следовал за мной по пятам и время от времени толкал в спину. Черт, он мог сломать мне челюсть одним ударом огромного кулака! Правая сторона лица все еще горела, будто ошпаренная кипятком.
Ноги проваливались в снег по щиколотку. В машине нас ожидала сладкая парочка – та, что в компании Серого Гольфа ошивалась у пиццерии. Я присмотрелась к обоим мужчинам. Тот, что сидел за рулем, был костляв и угрюм, с выпирающими скулами и глазами навыкате. Это он фотографировал. У второго была золотая фикса, которую он незамедлительно продемонстрировал мне, как только я забралась на заднее сиденье. Снег растаял и мои штанины стали темными от воды. Мордоворот грузно забрался следом за мной, машина просела под весом его мускулистой туши. Он захлопнул дверцу и ссутулил покатые плечи.
Я оказалась зажата между Серым Гольфом и Золотой Фиксой.
Кудрявцев улыбнулся мне с переднего сиденья:
- Вам удобно?
Я улыбнулась в ответ и показала ему средний палец.
- Ну вот и замечательно, - обрадовался он.
Здание, у которого спустя четверть часа остановилась «альфа-ромео», находилось далеко от шумных улиц Кварталов. Единственным источником света здесь служили фонари, установленные по кромке дороги. Из-за туч электрический свет приобрел персиковый оттенок. Само здание напоминало декорацию к дешевому фильму ужасов.