Выразительный взгляд метнулся в сторону журналистов:
- Я не буду говорить при свидетелях. Синьор Дзамбони, огласка – это самое последнее, что нужно в этом деле, просто поверьте мне.
Мэр коротко кивнул и отдал команду своим парням. Несколько минут – и в коридоре не осталось ни одного журналиста.
- А теперь? – заискивающе спросил он.
Телефон вибрировал в кармане уведомлениями каждые несколько минут, но она даже не смотрела в его сторону. Где-то за углом, - Виттория не видела этого, но точно знала, - копошились отчаявшиеся заполучить хоть крупицу информации журналисты.
Но ни единого шанса пройти мимо охраны у них не было.
- Вы не знаете, кто пытался вас убить? – пока у мэра были самые оригинальные и необычные вопросы из всех, нужно было отдать ему должное.
Виттория помотала головой:
- Нет. У нас есть только две зацепки. Фотография логотипа и одно имя. Ульрих Риттер.
Сколько бы доверия он не вызывал одним своим видом, сдавать ему Адель все равно не хотелось.
- А покажите фото, - оживился мэр.
Виттория протянула ему свой телефон. Он вглядывался в экран долго и задумчиво, но никакой пользы это не принесло.
- Нет, не знаю. Простите, - разочарованно протянул он, - Могу расспросить коллег, может быть они в курсе.
- Зачем? – хмыкнула Виттория, - Вряд ли они имеют хоть какое-то отношение к городскому хозяйству.
- Не скажите, - загадочно отозвался мэр. Она уставилась на него тем самым взглядом, под которым люди обычно выкладывали ей все и даже чуть больше, но он даже не повел ухом, - Мне нужно сделать несколько звонков, если позволите?
Виттория сдалась без боя и равнодушно махнула рукой:
- Валяйте.
Он отошел в сторону – достаточно далеко для того, чтобы его слова не доносились до нее, но недостаточно для того, чтобы пропасть из виду, - и Виттория снова осталась наедине со своими мыслями под проклятой дверью кабинета, за которую час назад увезли Цезаря.
Когда через какое-то время из кабинета почти одновременно вышли и он, и серьезная женщина-врач, мэр тут же позабыл про все свои звонки и переместился поближе.
Пусть слушает, если так хочет.
- Ну?! – Витория подскочила со скамейки и выжидательно уставилась на Цезаря, - Что тебе сказали?
- Транзиторная ишемическая атака, - отозвался он, - Что бы это ни значило.
- Это сильно опасно? – она обернулась к врачу.
Непонятные медицинские термины не говорили ей ни о чем, не важно – на латыни или на итальянском.
- Сейчас – не очень, - отозвалась врач, нахмурившись еще сильнее, - Куда более опасно другое. Смотрите, - она развернула планшет, который держала в руках, и в несколько кликов открыла на нем черно-белое изображение мозга, - Видите? – под подушечкой ее пальца было какое-то небольшое белое пятно.
Виттория неуверенно переглянулась с Цезарем и осторожно кивнула.
- Это аневризма внутренней сонной артерии. Пока не очень большая, но растет явно давно. У Вас из родственников ни у кого похожих проблем не было? – обращаясь к Цезарю, спросила врач.
Он нахмурился:
- Не знаю. Мой отец внезапно погиб, когда мне было пятнадцать. Наклонился обуться, и все. Но диагноза я не знаю. С прадедом тоже похожая история была.
- Потенциальный семейный анамнез… - нахмурилась врач, - Вам нужна операция, - прозвучало безапелляционно, - Причем – чем быстрее, тем лучше. Первый разрыв аневризмы приводит к смерти в половине случаев. Повторный не переживает абсолютное большинство. Учитывая Ваш возраст, я бы не стала рисковать.
Виттория энергично кивнула, заранее соглашаясь на все условия, которые могли выставить – но сумма, озвученная врачом, разом окатила из холодного душа.
- Это же придется что-то из недвижимости продавать…
Из окружающего шума постепенно начинали выделяться шаги. Спешные и быстрые, явно приближающиеся – но пока еще достаточно размытые для того, чтобы сложно было понять, откуда и почему они доносятся.
- Виттория, не надо. Я последние пять лет так живу, ничего страшного.
- Еще я тебя забыла спросить, - мгновенно огрызнулась Виттория.
Его это ничуть не задело.
- Ты знаешь меня всего три недели.
Но если Виттория уже что-то решила – резон не имел никакого значения.
Неожиданно, мэр решил напомнить о своем существовании именно сейчас.
- Мне кажется, - сказал он, - Вы слишком драматизируете.
В его лукавом взгляде плясали искорки.
- Что Вы имеете ввиду? – Виттория недоверчиво прищурилась.
- О какой сумме идет речь? – ответил он вопросом на вопрос.
Врач молча продемонстрировала ему столбец «итого» в документе. Минута на размышления – и мэр кивнул:
- Нормально. Можно компенсировать из городского бюджета, но мне нужно будет время, чтобы все организовать, - быстрый беглый взгляд в документ, и он добавил, - И можем оплатить замену этой стекляшки на полноценный имплант. Все равно, десять процентов финансирования этого проекта капает от нас.