Что значит - читай между строк, Миля: как и твой контракт, секс был такой же одноразовой акцией. На бóльшее рассчитывать нельзя. А обмолвишься хоть словом - конец твоей профессиональной деятельности. Если не самой жизни.
***
Разочарование - это не совсем то, что я испытала в тот момент. Злость? Тоже нет. И страха, между прочим, также нет.
Тоска - вот подходящее слово для описания моих чувств. И немного обиды. Это странно, но даже до стерильного скрипа обмывшись в душе, обкорнав отросшие за время моей работы в “Дельте” волосы и вернувшись в родное жилище “Ирвина”, я чувствовала фантомные следы от прикосновений по всему моему телу. Но хуже всего - воспоминания об отчаянной потребности в близости и ощущении безопасности, которые дали мне жесткие мужские объятья, грубые поцелуи и властные движения.
Ни один секс в моей жизни - ни до Жнеца, ни после - не был столь ошеломительно хорош. Никогда я не кончала столь ярко и чувственно, никогда не утопала в своем восторге, будто весь мир - бац! - и в одно мгновение потерял всяческое значение.
Опасное и обманчивое состояние. И очень болезненное, как оказывается, из-за своих последствий.
Конечно, товарищи глядят на меня с восхищением. Ведь я побывала в высшей лиге - так это выглядит со стороны. И что есть силы пытаются вытянуть хоть что-то.
Но я не могу. Запрещено. А любое упоминание о капитане Зимовски вызывает дрожь и специфический спазм между ногами.
Принятие приходит. Но позже. Время идет. Партнеры сменяются. Я полностью погружаюсь в свою работу, потому что только в этом - моя отдушина.
И полное понимание - “Дельта” и все с ней связанное не мой уровень. Я человек из низов. И предпочитаю оставаться там.
-14-
Я смахиваю с себя марево воспоминаний и, раздраженно шипя, недовольно зыркаю на капитана. Сомнений нет - Жнец снова воспользовался своей способностью, чтобы вытянуть из меня непонятно для чего нужную ему информацию. Бесит невозможность блокировать ее, а еще сам факт наличия общего прошлого, от которого я благополучно отмахнулась, но сейчас - всплывшего без какого-либо труда.
- Неслабо же тебя задело, - неожиданно усмехается Зимовски, пренебрежительно наклонив голову набок.
- Это не проблема. Сэр, - подчеркнуто вежливо отрезаю я, выделяя официальное обращение и отворачиваясь, - Позволите продолжить?
- Не позволяю. Надо разобраться с проблемой.
- Я ведь сказала - это не проблема. Если вы считаете, что мой намеренный отказ связан с тем недоразумением, вы ошибаетесь. Ничего страшного, бывает.
- Хочешь сказать, что не делала все, чтобы избежать любой встречи со мной? Ты ведь знаешь - благодаря своим способностям, особенно из-за умения владеть эфиром, из-за своих показателей и опыта работы со мной, а также принадлежности к Наследникам ты, как никто другой, имеешь полное право вступить в ряды “Дельты”. Даже стараться не надо - ты и без того прилежная и ответственная девочка.
Я снова дергаюсь от того, как называет меня Жнец, и морщусь.
- А весь тот бред, что ты несла про несовершенство системы и программ, - чушь собачья, - продолжает Зимовски, - Иначе как объяснить, что ты прошла во второй этап?
- Досадная случайность и удача, - фыркаю я.
- Не строй из себя дуру. Раздражает.
- Простите. Сэр, - с готовностью извиняюсь я, но зло и раздраженно. Уже и не надеясь, что Жнец даст мне поработать еще.
Да и желания, если честно, уже нет. Больше всего на свете я хочу убраться из этой комнаты и стереть из памяти последние два часа своей жизни.
А потом я слышу скрип от ножек резко отодвинутого кресла. И решительный шаг в мою сторону - и Жнец встает совсем рядом со мной, кладет ладонь на спинку моего сидения и наклоняется.
Его мощная энергетика, с которой я успела свыкнуться, снова окутывает меня меня наэлектризованной волной, заставляя меня вздрогнуть и покрыться мурашками. Я вжимаюсь в кресло, сползая ниже, и впиваюсь взглядом в картинку перед собой - в собственное изображение, застывшее на паузе, на фоне серых декораций Колизея. Сопротивляться ментальной атаке Жнеца нет никакой возможности. Но моя злость никуда не девается. Я только больше раздражаюсь. Приходится даже губу закусить, чтобы не брякнуть что-нибудь этакое.