Боевик первой категории, опытнейший стратег и единственный выживший из третьего поколения модифицированных.
Третьего, товарищи! Самого загадочного, талантливого и сильнейшего за всю историю человеческой модификации потока. И потому - по большей части уничтоженного из-за невозможности контроля.
Но дальше - больше.
Зимовски - единственный, кто выжил после операции “Феникс-7” - самого масштабного и кровавого проекта ИРБИСа. После - демобилизованный и назначенный на должность исполнительного директора САО, а потом - вроде как отстраненный за несоответствие. Что, кстати, ему не помешало получить место куратора первого набора Дельты - отряда элитных генно модифицированных бойцов ИРБИСа.
А? Каково?
Кстати, он до сих пор занимает эту должность. Хотя, по скромным прикидкам, ему должно быть хорошо так за 50. Повторюсь - по скромным. По моим данным, Зимовски не меньше восьмидесяти. При этот старичком он не выглядит.
Модификация, черт ее дери.
Но одно дело - Дельта Жнеца. И совсем другое - миф под названием “Зеро”. Зачем попусту слухи разносить? Раздражает…
- Вам не пробиться в Дельту, незачем и стараться, - осуждающе качаю я головой, - Туда попадают прямиком из Академии. По их мнению мы - второй сорт.
- Здесь, - Волк кивает на документ, который я ему возвращаю, - о таком ограничении не говорится и слова.
- Но оно подразумевается. Нисколько не умаляю ни твои, ни Юкины способности, но Дельта - не ваша лига.
- Но, может, твоя? - вдруг заявляет парень смело.
- Ты ведь Наследник, Миля! - встречает Юки с энтузиазмом, совсем на мои слова не обидевшись.
Я демонстративно закатываю глаза.
Ну да, я действительно отношусь к тем, кто не только прошел специальные процедуры по генетическому изменению, но и с рождения уже имеет определенные… способности, так как мой отец - из второго поколения модифицированных. Таких, как я, называют Наследниками и автоматически зачисляют в Академию, где заботливо “взращивают” и муштруют, создавая идеальные машины для убийства.
Но мама скрыла мое происхождение и сбежала на границу с Амиром, спрятав меня в рюкзаке. Там мы долго жили в маленькой, не обозначенной на карте деревеньке, и правда вскрылась, только когда я решила связать свою жизнь с ИРБИСом.
- Мне и тут хорошо, нахрен мне ваша Дельта? - ворчу я, возвращаясь к компьютеру, - Волк, если хочешь порезвиться - вперед и с песней. И даже Юки с собой возьми. Но меня в этот цирк не втягивайте!
- Ну Миля! - снова канючит Снежок.
- Свободны! Оба!
Ослушаться меня товарищи не смеют. Я хоть и не номинальный куратор и даже не капитан нашего отряда, вес у моего слова есть. Особенного сказанного холодным и безапелляционным тоном. И заслужила я свой авторитет долгим и муторным путем. И далеко не всегда чистеньким и приятным.
Стоит ребятам выйти, как моя программа подает голос. Поэтому я тут же выкидываю из головы всяческие мысли о всей этой странной ситуации и полностью погружаюсь в родное и понятное мне пространство.
-2-
Я действительно не люблю свое имя. Оно напоминает о том страшном и голодном времени, когда между жизнью и смертью торчал такой незначительный порожек, что порой его можно было не заметить. Только уловить короткий свист - и всё. Вместо человека лишь тушка. И не всегда целая. Граница с Амиром - не самое подходящее место для ребенка, да и для человека в целом. Но мать сделала свой выбор. И я никогда её за это не винила. И не виню до сих пор.
Мое имя отдает песком и пеплом. А еще - палящим солнцем.
Хотя вот Харон говорит, что ему мое имя нравится. За что и получает порой по башке, потому что его откровенные заигрывания и упрямые попытки затащить меня в койку жуть, как раздражают.
Хотя, конечно, я откровенно совру, если скажу, что у нас с ним ничего не было. Было. Всего раз, но было. И не на трезвую голову, поэтому я страшно об этом жалею.
Предпочитаю свой позывной - Миля.
Но едва ли от офицера или иного сотрудника ИРБИСа стоит ожидать обращения по позывному.
Поэтому, услышав свое имя на ежедневном построении из уст не кого-либо, а полковника, я не дергаюсь, не раздражаюсь, но внутренне напрягаюсь.