– День прошел удачно? – спросил Николя.
– Не плохо, – ответил я, усаживаясь в пластиковое кресло. – Ездил, консультировал.
– Раз приглашают – это хорошо. У тебя хороший глаз, наметанный, – похвалил он. – Я уже заметил, что ты видишь не просто картину в целом, ты видишь ее детали, от которых порой все и зависит. Не будь отдельных деталей, которые не замечают другие, и картина – посредственность.
– Это опыт.
– Опыт, – усмехнулся Николя. – Опыт, мой друг, не ко всем приходит. Некоторые умудряются его терять, словно носят воду в решете.
– Наверное. В нашей профессии умение замечать детали, очень важно, – согласился я, но не стал делиться с ним, какую профессию я имею ввиду. Не мог же я посвящать его в мысли шпиона. Мысли шпиона формируются посредством зрения, слуха и прочего, черт знает чего еще. Мысли шпиона должны быть тонкими, словно лазерный луч, и не вызывать колебания воздуха словами, предназначенными не для всех. Вслух же я сказал:
– Думаю человеческий глаз – очень чувствительный прибор, которым наделила человека природа, но он способен воспринимать только внешнюю сторону. Наш взгляд скользит по картине, по ее поверхности, но некоторые из нас ограниченны субъективным восприятием, пропуская все через свое «я», которое и ограничивает то, что мы видим, приспосабливая к действительности, которую мы и ждем, потому что знаем ее. Но нам, профессионалам, надо видеть, как свет падает, и уже под другим углом замечать некую иллюзорность действительности.
Я замолчал, а Николя внимательно смотрел на меня, а затем изрек, сверкнув улыбкой: – Сам придумал?
– Отчасти. Приходится напускать словесный туман клиентам, чтобы выше, а значит, дороже ценили, да и зачем я тогда нужен? Но вот на то, что могу замечать детали, не жалуюсь. Надо видеть вокруг себя, все детали. Мир так прекрасен, вдруг что упущу.
– Детали, говоришь. Прекрасен, – и он, ехидно прищурившись, спросил: – Сзади тебя, за столиком, сидят две девушки. Они уже сидели, когда ты пришел. Что на них надето?
Я собрался повернуться.
– Не надо, – засмеялся Николя.
– Ладно, – не стал я настаивать. – Брюнетка в черной блузке, легкая темно-синяя куртка, джинсы. Ее подруга – шатенка, в платье, нежно зеленого цвета, и светлой куртке. Что еще?
– А мужчина справа?
– Около ста килограммов, темно-коричневый пиджак, бежевая рубашка. На макушке лысина. Лицо одутловатое, двойной подбородок. Шрамов нет.
– Не плохо. А как насчет дырки на пятке носка?
– Извини, забыл снять с него ботинки.
– Это очень беспечно с твоей стороны, – и мы оба от души засмеялись.
– Ну, что? Я прав, ты очень наблюдателен, потому что тебе это необходимо. Потому ты и профи.
«Конечно, профи, – подумал я про себя. – А как иначе?» Как только я извлек информацию из тайника, я стал более осторожен, и нужно было быть начеку, наблюдать за всем, что вокруг меня. Неожиданности на то и неожиданности, что приходят, не спросив разрешения.
– Да ерунда все это, – поделился я. – Любое произведение искусства, надо чувствовать. Я лишь могу обратить внимание на детали. Каждый художник, скульптор, когда творит, вкладывает свои мысли, а какие не известно, да и не надо мне. Не надо искать в искусстве рациональное, разумное. Надо чувствовать и все.
– «Разум ищет, сердце находит», говорила Жорж Санд, – процитировал Николя известную французскую писательницу.
– Это лирика. Я что предложил встретиться. Я уезжаю в Швейцарию. Так, побродить. Посчитал нужным сообщить об этом тебе, чтобы ты не расстраивался о моем исчезновении.
– Один?
– У тебя есть кто на примете для компании?
– Откуда. А вот твое одиночество напоминает мне отчаяние пьяницы, который любит компанию, но вот уже достаточно давно никто не наливает в его стакан.
– Я не буду один, – заверил я его, – а ты что не наливаешь?
Николя криво усмехнулся и наполнил наши стаканы: – Кто бы сомневался. У тебя, я думаю, не бывает неудач в отношениях с женщинами.
– Я бы так не сказал.
– Это я сказал, – мечтательно произнес он. – Да и что такое неудача? Это оборотная сторона удачи, и она дает шанс на успех в следующий раз. Так сказать задержка во времени.
– Пусть, так. Я, когда вернусь, мы обсудим твое желание расширить бизнес, – перевел я разговор на другую тему.
Николя согласился. Солнце уже скрылось за крышами домов, и легкие сумерки окутали улочки Монмартра. Включили световые гирлянды и к царству потока людей, гуляющих по узким улочкам, добавилось царство теней.