Расплатившись, я поднялся в номер, прихватил кое-что из вещей и, сложив все в небольшую сумку, вышел. «Вольво» стоял на парковке. Решил, что не лишне будет провериться, тем более что предстоящее дело не давало возможности появиться там, куда я направился, под видом Жана Марше. Еще в номере я вставил контактные линзы, надел очки, чтобы кто случайно не увидел, что глаза изменили цвет.
Поездив по городу, я проделал привычный маневр и за городом, сменив одежду, надел парик, так что не отличишь от настоящих волос, и вернулся в Женеву. Выйдя из машины, я на секунду остановился, словно размышлял в какую сторону пойти, а заодно осмотрел пространство. Махнув рукой, я случайно задел за куртку ключами, и они упали на асфальт, нагнувшись за ними, бросил взгляд вдоль улицы, поднялся и зашагал. Метров через пятьдесят, я резко остановился, и пошел назад. Это был стандартный прием. Дойдя до машины, открыл ее и достал из багажника сумку, и вновь продолжил путь, по улице, которая была достаточно узкой, и по ней могли проехать не более двух машин. На этой улочке были небольшие банки, своего рода молельные дома для финансистов и денег. В таких банках вам не будут навязывать сделать вклад. Эти банки даже не обязаны называться банками, но по своей сути, это были банки, не такие, как «Креди Суисс» с блестящими, начищенными окнами и дверьми. Эти банки, были костями финансовой системы, и были всегда в тени гигантов. Их иногда трудно найти, можно пройти мимо и не заметить, потому, как стоят они в ряду обычных домов. Сотрудников в таких банках мало, но это швейцарская финансовая система с ее тайнами вкладов.
Я подошел к неприметной двери и нажал кнопку, раздался звук, и, потянув ручку двери на себя, вошел внутрь, где практически сразу оказался в небольшом холле, интерьер которого был выполнен с большим вкусом: кожаное кресло, диван, а между ними маленький столик. В дальнем конце виднелась дверь. Холл был пуст, зато были видеокамеры, потому-то, мне и нужен был маскарад. На столике лежали газеты и журналы на двух языках, и я уже направился к креслу, но тут дверь открылась, и в холл вышел мужчина средних лет, с коротко постриженными волосами. Выражение лица было учтивым.
– Добрый день. Я, Пьер Рено. У вас конфиденциальное дело? – спросил он по-французски.
– Да.
– И в чем оно заключается?
– Я бы хотел снять деньги.
– Вашу сигнатуру (набор характеристик, однозначно идентифицирующий объект), – и подойдя к столу, возле стены предложил: – Прошу вас, – и указал на кресло напротив стола, сел сам, достал бланки и канцелярские принадлежности. – Несколько формальностей.
Я понимал, что он хочет от меня. Надо было написать цифры, которые заменяли имя, они-то и являются сигнатурой держателя. Стандартная процедура.
– Будьте добры, напишите, пожалуйста, пароль. – Он подал мне бланк, и я написал последовательно цифры. Писал я левой рукой, не напрягая ее, чтобы все выглядело естественно. Операция была разовой, и цифры были те же, что и в газете в парке, об этом мне сказал связной там, у водопада, так на всякий случай, который и произошел. Только теперь я к каждой цифре добавлял двойку.
Служащий взял заполненный мной бланк, улыбнулся, и, попросив подождать, удалился проверять, скрывшись под звук электрического замка за дверью, из которой вышел ко мне. Отсутствовал он недолго, а появившись вновь, сообщил, что все выглядит очень удовлетворительно, и пригласил войти в одну из дверей, с узорчатыми стеклами.
Из банка я вышел, неся немного потяжелевшую сумку, в которой лежало сто тысяч швейцарских франков. Улица была почти пустынна, чего нельзя было сказать о других, где, как и прежде, быломноголюдно. Я побродил по городу, вернулся к машине и направился в район, где располагалась компания «КРИПТ». Рабочий день закончился, и сотрудники начали выходить из офиса. Сначала я увидел Анну; она, подойдя к своему БМВ, уехала, а затем увидел Ленца. Судя по направлению движения, он шел домой. Сначала я шел за ним шагах в пятидесяти, а затем обогнал его и, зная адрес, припарковался недалеко от многоквартирного трехэтажного дома.
Ленц появился минут через пятнадцать, был он один и, не осматриваясь, вошел в подъезд. Жил он, как мне было известно на третьем этаже, и один. Дав ему время войти в квартиру, я вошел в подъезд, и, подойдя к двери его квартиры, посмотрел на замок, открыть не проблема. Конечно, можно было ждать его дома, но я не знал, когда он придет, и один ли?
Замок, легким щелчком, известил, что он открыт. Толкнув дверь тыльной стороной ладони, я приоткрыл ее и прислушался. Где-то в глубине квартиры раздавался голос Ленца, он что-то напевал, и раздавался звук открываемых дверей шкафов. Войдя, тихо прикрыл дверь. Осмотрелся. Небольшая прихожая с вешалкой, маленьким стульчиком, полочкой для ключей. Пройдя дальше, заглянул на кухню, две двери из прихожей могли вести в ванную и туалет. Комната куда я вошел, была большой, оклеена светлыми обоями, уютная мебель, стандартная для одинокого мужчины, но со вкусом обставлена. На столике лежал ноутбук. Поставив сумку на пол, разместился в кресле, так, чтобы выходя из другой комнаты, Ленц меня увидел.