– Это верно.
Мы подписали договор, я передал ему наличные, которые захватил из машины. Воспользовался его телефоном и позвонил Элен, сообщив счет, на который, она должна была перевести деньги. Элен, как директор, имела право распоряжаться счетом по делам салона. Мой личный счет был иным, но там было больше денег, чем на счете салона.
– Когда отправишь картину?
– Сегодня займусь.
У меня не было основания не доверять Андре. Это был мир узких специалистов и каждый дорожил своим именем.
– Деньги уже в пути.
Мы попрощались, я пригласил его к себе в гости, оставил визитку, и вышел, задержавшись возле Алины.
– Дорогая, я уезжаю. Совсем.
– Помнить будешь?
Я уже примерно слышал это, не раз, и заучено ответил:
– Конечно. Будешь в Париже, заходи. Андре скажет, где меня найти.
– Будешь в Женеве заходи, – ответила она.
– Куда? – решил уточнить я.
– Куда захочешь, – поняла она мой намек.
Обменявшись поцелуями, я вышел под небо Женевы.От Андре звонить в полицию я не хотел, а потому позвонил из автомата.
– Добрый день. Это Жан Марше, – сообщил я, когда услышал в трубке голос инспектора. – Я завтра уезжаю, поэтому и звоню, как обещал.
– Вы можете ко мне зайти? – попросил он, и я дал согласие.
До полицейского участка было недалеко, минут через десять, сообщив дежурному на входе к кому мне надо, я прошел по коридору и постучал в казенную дверь.
– Войдите,– услышал я, и открыл дверь.
– Добрый день, инспектор.
– Добрый, присаживайтесь. Я вас долго не задержу. Когда мы с вами беседовали, – начал он едва я сел на стул напротив него, – то на мой вопрос, не был ли Ленц странным, вы ответили отрицательно. А вот Анна Гранди и Линда Уэбли, сказали, что это не так.
–Что не так?
–Его поведение показалось им каким-то странным, напряженным.
– Инспектор, – удивился я. – Вы спросили, не заметил ли я что-то странное в его поведении. Я не заметил, а что заметили женщины, я не могу знать. У них и уточняйте.
– Утоняем. Как раз сейчас Линдой Уэбли беседуют в другом кабинете еще раз.
– Что вам надо от этой женщины? Ленца она почти не знала, а с Джоном, не знаю, как его фамилия, тоже почти не общалась.
– Откуда вам это известно?
– Она сказала, и я склонен ей верить. Мы живем в одном отеле, и я не видел их беседующими.
– Есть много других мест, но здесь вы правы, я думаю. Откуда вы знаете про Джона?
– В отеле сказали. Кто он и чем занимался, я не знаю, мы с ним несколько раз беседовали в баре. И все. Или у вас иное мнение?
– Вопросы пока задаю я, – пресек он. – О чем разговаривали?
– О вечном, о женщинах. Он собирался переезжать из отеля на квартиру, – решил я умолчать о нашей беседе про Линду.
Инспектор достал из папки лист бумаги, просмотрел его. – Мы пропустили вашу фамилию через компьютер, проверяя, есть ли у вас ордера на арест в Швейцарии или иные проступки. Рад сообщить, что ничего не было, даже штрафа за езду. Единственный документ – это ваша помощь при задержании уличных грабителей,
– Я законопослушный гражданин, и всегда готов помочь органам правопорядка.
– Но не обычный.
– И в чем это проявляется?
– В том, как вы их отделали. Это, как мне сообщили, было достойно.
– А что кто-то видел?
– Нет, но их долго приводили в себя.
– Я занимаюсь спортом.
– И каким?
– Я обязан отвечать?
– Нет. Мы, кстати, запросили наших коллег из Франции данные на вас. И снова ничего, за исключением нескольких штрафов за парковку.
«Ну, не мог же я, живя в Париже, не нарушать правила. Делал это даже умышлено. Чистая база данных всегда подозрительна», – мысленно улыбнулся я своей предусмотрительности.
– Так что теперь?
– Ничего. Можете ехать домой. У нас к вам претензий нет, а со стороны моего коллеги, даже признательность за помощь. Мы это тоже учитываем.
– А как с Линдой?
– Мы разберемся.
– Да, в чем? Она милая женщина.
– Месье Марше, вы считаетесь хорошим специалистом в своей области?
– Надеюсь, что да.
– Вот и я в своей. Всего доброго.
– Извините. А что с Джоном?
На это раз инспектор снизошел до ответа: – Он тоже был убит в той же квартире. Больше вам знать не положено.
– Вот это да. Значит, они были знакомы.
– Вы уезжаете поездом? – оставил он мои умозаключения без комментариев.
– Да. Хотел машиной, но передумал. Поездом безопаснее. Одинокий водитель – добыча. Я знал обоих, пусть и немного. Кто знает, что на уме у убийцы. Знаете, я всегда считал, что Швейцария – это островок безопасности. Тихая Швейцария оказалась моим домыслом. Что сказать. Прощай тихая Швейцария, – иронично произнес я и поднялся со стула.