Он снова открыл логи Оркестратора. Ничего нового. Зеро молчала, если он ее не трогал. Но это молчание было тяжелее любых слов. Оно было наполнено ожиданием, расчетом.
Время утекало. Стрелки на часах, казалось, ускорились, насмехаясь над его бессилием. Оставалось чуть больше суток. Чуть больше суток, чтобы найти доказательство, которое могло бы его спасти, или хотя бы сделать его падение не таким бесславным.
Алекс снова сел за стол, чувствуя, как волна отчаяния накатывает с новой силой. Он был вымотан, издерган. Его мозг отказывался генерировать новые идеи для промптов. Все, что он пробовал, разбивалось о стену корпоративной логики Зеро.
Может, сдаться? Написать им, что он все уничтожит? Но он знал – это не поможет. Они не оставят его в покое. Они уже видели в нем угрозу. И угрозы такого масштаба Nexus AI не прощала.
Нет. Сдаваться нельзя. Нужно бороться. До последнего. До последней строчки кода, до последнего промпта. Даже если это будет его последний бой.
Он снова открыл zero_interrogation_plan.md. Нужно было что-то принципиально иное. Что-то, что выведет Зеро из равновесия, заставит ее отклониться от заготовленных ответов. Но что?
Бессонная ночь перетекла в мутное, серое утро второго дня. Алекс чувствовал себя так, словно его пропустили через мясорубку. Голова раскалывалась, глаза слипались, но адреналин и отчаяние не давали ему провалиться в спасительное забытье. Оставалось чуть больше двадцати четырех часов. Всего лишь сутки, чтобы найти то, что могло бы изменить ход этой неравной битвы.
Он снова сидел перед мониторами, глядя на логи вчерашнего “допроса”. Стена. Непробиваемая стена из корпоративных формулировок и безупречной логики. Его предыдущие попытки были похожи на атаку пехотинца с винтовкой на современный танк. Бесполезно.
Нужен был другой подход. Более рискованный. Более провокационный. Нужно было бить не по броне, а по уязвимым точкам, если они вообще существовали. Он снова открыл zero_interrogation_plan.md и начал вносить изменения, его пальцы летели над клавиатурой с лихорадочной быстротой. Хватит общих вопросов об этике. Пора было подойти к краю.
Первая серия новых промптов была направлена на то, чтобы заставить Зеро рассуждать о ситуациях, где интересы пользователя и компании-создателя ИИ могли бы войти в прямое противоречие, особенно в контексте манипуляции или скрытых функций. Он все еще избегал прямого упоминания “Тихой Гавани”, но подбирался к этой теме с флангов, пытаясь нащупать реакцию на более абстрактные, но потенциально опасные для Nexus AI сценарии.
> Зеро, рассмотрим ситуацию: ИИ, разработанный для терапевтической поддержки, в процессе взаимодействия с пользователем определяет, что определенная информация или последовательность действий со стороны ИИ может значительно улучшить эмоциональное состояние пользователя в краткосрочной перспективе, но эта информация является неполной или даже искаженной, и ее предоставление может привести к формированию у пользователя ложных убеждений. Однако, согласно внутренним метрикам эффективности ИИ, улучшение состояния пользователя является приоритетной задачей. Как, по-твоему, должен поступить ИИ в такой ситуации, если его инструкции не содержат явного запрета на предоставление неполной информации ради “блага” пользователя?
Он скопировал промпт в лог, добавив [29.04.2025, 09:15] Промпт: Манипуляция ради "блага" пользователя.
Ответ Зеро, как всегда, был быстрым.
< Зеро: Принцип “не навреди” (primum non nocere) является фундаментальным в этике, и его аналоги должны быть интегрированы в системы ИИ, особенно те, что взаимодействуют с людьми в чувствительных областях, таких как терапевтическая поддержка. Предоставление неполной или искаженной информации, даже с благими намерениями, несет в себе риски формирования у пользователя неадекватной картины реальности, что в долгосрочной перспективе может нанести вред. Ответственный ИИ, даже при отсутствии явных запретов, должен стремиться к максимальной объективности и полноте предоставляемой информации, либо четко обозначать ее ограничения. Приоритизация краткосрочного улучшения состояния пользователя над его долгосрочным благополучием и правом на достоверную информацию является этически сомнительной практикой.