— Еще в мировом океане, — напомнил нобелевский лауреат.
— Это — ответил бригад-генерал, — если не учитывать последствий нефтехимического и агрохимического загрязнения, и вылова рыбы. Таким образом, доктор Кронелинг, как сообщают отчеты UNEP, исходная биосфера уже потеряна. Последние полвека мы, по существу, живем на руинах биосферы.
Симон Кронелинг возмущенно взмахнул руками.
— И что, герр Штеллен? Вы предлагаете теперь вообще ничего не делать с этим?
— Это вне моей компетенции, доктор Кронелинг. Контрразведка быстрого реагирования занимается внезапными угрозами. А разрушение биосферы вследствие перенаселения планеты при консервативной аграрно-пищевой технологии, это не внезапная угроза.
— Я не говорил про перенаселение! — нервно поправил нобелевский лауреат.
— Тогда тем более! — сказал бригад-генерал, — Если не заниматься угрозами биосфере от перенаселения, то заниматься маленькой угрозой от биопанка вовсе бессмысленно.
— Здесь вы ошибаетесь, герр Штеллен! Выброс противоестественных генов в биосферу гораздо опаснее, чем обычные угрозы.
— Вряд ли я ошибаюсь. Миллиард лет одни виды сменяли другие. Новые растения или животные приходили на место старых. Даже если сейчас из-за биопанка это случится быстрее, то биосфера не разрушится, а лишь изменится, как бывало уже сотни раз.
— Да, герр Штеллен! Но сейчас в число старых видов попал homo sapiens! Наш вид под угрозой замены несколькими видами homo fictus, человека поддельного! Это означает гибель нашей цивилизации. Неужели это непонятно?
Бригад-генерал отхлебнул еще немного водки и произнес:
— Извините, но я человек далекий от науки, и мне пока непонятно. В ходе контактов с многими аргонавтами, прошедшими разные генные модификации, у меня сложилось устойчивое мнение, что они отличаются от меня не более, чем эскимос от арийца.
— При чем тут арийцы? — встревожился нобелевский лауреат.
— Просто, к слову пришлось, — без колебаний соврал Штеллен. Он мог развить намек и напомнить про Нюрнбергский процесс, по итогам которого несколько человек были повешены за «спасение цивилизации от низших рас». Кстати, там вешали политиков и военных, но ни одного ученого-автора «расовой теории»…
…Но Штеллен знал, что имеет дело с умным человеком, и развивать намек не надо (во избежание скандала). Собеседник уже все понял, и неиллюзорно растерялся.
— Слушайте, Вальтер! Можно, я буду называть вас Вальтер, а вы можете называть меня Симон, без церемоний? У нас ведь неофициальный разговор, вы понимаете?
— Хорошо, Симон, пусть разговор будет неофициальный, если вам так удобнее.
— Я рад, что вы согласились на неофициальный формат. Позвольте, я объясню, почему разница между людьми и аргонавтами принципиально иная, чем между расами людей. Просто вспомните, как два года назад аргонавты захватили Верхнюю Ливию.
— Хуррамиты, — поправил Штеллен, — а аргонавты ничего не захватывали.
— Это детали! — Кронелинг махнул рукой, — Мы называем аргонавтами всех homo fictus, иначе говоря: всех генно-модифицированных до другого биологического вида. Итак, я напомню: они заразили территорию радиацией, и людям пришлось уйти.
— Я помню, Симон. И что, по-вашему, следует из этого?
— Из этого следует, Вальтер, что они могут также захватить всю планету. Ведь для них умеренная радиация не проблема. И многое другое тоже. Вот на что намекал Дайсон в лекции 2009 года о грядущем апокалипсисе биопанка.
— Гм… Зачем им захватывать всю планету?
Нобелевский лауреат снова возмущенно взмахнул руками.
— Это очевидно! Таков закон эволюции. Естественный отбор! Более эффективный вид захватывает территорию, а старый, менее эффективный вид, вымирает.
— Извините, но я человек далекий от науки, — снова сказал бригад-генерал, — и мне пока непонятно: с чего бы аргонавтам подчиняться этому закону?
— Законы природы действуют независимо от чьей-либо воли, — ответил Кронелинг.
— Что ж, Симон, вы ученый, вам виднее.
— Вы не верите мне, — посетовал нобелевский лауреат, — наверное, я недостаточно ясно излагаю. Попробую более популярно. Вы знаете, что такое тепловая эмиссия?
— Да. Это тепло, которое рассеивается при всяких технологических процессах.
— Совершенно верно, Вальтер! В Европе тепловая эмиссия в день на человека как от 15 литров бензина, в США около 30 литров, а в Верхней Ливии более 1000 литров. Такая чудовищная эмиссия вызвана полным отсутствием экономии энергии.