…На какое-то время вокруг появилась стая рыб. Довольно крупные, серебристые, они рассчитывали поживиться чем-то среди поднятого ила. Будто по сигналу, они сначала метнулись в сторону работающих дайверов-профи, а через минуту стая рассыпалась, и каждая рыба перешла к одиночным персональным поисками пищи…
…В поле обзора вновь возникла парочка фридайверов — будто с неба упали. Далекую поверхность моря можно было считать небом для этого подводного мира. Сейчас оба персонажа проплыли близко. Мальчишка и девчонка, моложе 20 лет, экипированные исключительно легкомысленно: купальники, ласты, и очки с боковой подсветкой. Им, похоже, не составляет труда достигать глубины 500 футов. Эта парочка на несколько секунд задержалась около Аслауг, состоялся обмен дружескими похлопываниями по плечам, после чего парочка проплыла между колоннами, и по спирали ушла вверх, к надводному миру. Юлиан отметил: они знакомы. Что ж, позже можно спросить…
…Время возвращаться на субмарину. Точнее на подводную баржу-бутлегер. Главный принцип: не спешить. Маршрутный расчет сделан с запасом, чтобы исключить глупые технические ошибки (происходящие от спешки). Помним: ГЛУБИНА НЕ ПРОЩАЕТ.
(Тут Юлиан Зайз мысленно внес поправку).
Глубина не прощает обычных людей.
И даже обычных аргонавтов, генетически модифицированных ксианзаном, например.
Иное дело: люди, модифицированные каким-то экстремальным генвекториком. Как те фридайверы, с которыми была мимолетная встреча над колоннадой акрополя. Для них, похоже, глубина безопасна или почти безопасна. Но какая цена у такой экстремальной модификации? В смысле — биологическая цена? Малые модификации при корректном проектировании биологически бесплатны. Человек ничего не теряет. Он использует те возможности, которым потенциально обладает эволюционно-генетический надотряд эуархонтоглиры (включающий грызунов и приматов с тупайями и шерстокрылами)…
В этой мысленной точке Юлиан подумал, что водородный наркоз, все-таки не сказка. Водород при давлении более 12 атмосфер (т. е. на глубине более 400 футов) оказывает психотропное действие, как малые дозы LSD. Иначе Юлиан не вспомнил бы название «эуархонтоглиры». Впрочем, при разумных усилиях по самоконтролю, это безопасно.
Итак: при модификациях примерно в пределах потенциала эуархонтоглир, человек не теряет ничего. Но при выходе за рамки своего надотряда, человек теряет какие-то свои биологические свойства, возможно — ценные. И каждая такая модификация порождает альтернативу или — или: сохранить нечто, или отдать за приобретение чего-то иного. В каждом экстремальном генвекторике спрятана задача об альтернативе, и для решения подобных задач нет общего подхода. Выбор основывается на субъективных оценках…
…Додумывать эту цепочку мыслей Юлиан не стал, поскольку пришла пора по очереди подниматься через наркоторпедный аппарат в шлюзовую камеру субмарины. Тут тоже требовалось выполнение протокола безопасности по пунктам — стало не до мыслей. По протоколу полагалась 10-минутная пауза на декомпрессию и вентиляцию организма от водорода. Делать в шлюзовой камере нечего, кроме как болтать. Юлиан только-только собрался спросить, но его опередила Чоэ Трэй:
— Слушай, Аслсуг, ты что, знакома с теми ребятами-фридайверами?
— Да, это Димми и Лекси из Болгарии, они гетерозиготные близнецы. В середине мая я работала в Чанаккале по американо-турецкой программе, снимала коттедж, а эта пара тинэйджеров с потомством оказались в стесненных обстоятельствах из-за неожиданно объявленного турецкими властями запрета на расчеты в верхне-ливийских динго.
— С потомством? Такие молодые и уже? — удивилась Инге Моллен.
— Да, у них тройня: мальчик и две девочки. Малышам тогда был месяц от роду.
— Что-то я не понял… — произнес Ларс, — …Если Димми и Лекси — близнецы, то весьма странно, что у них появилось потомство.
— Это называется инбридинг, обычный прием в селекции, — ответила Аслауг.
— Еще это было в Древнем Египте у фараонов, — блеснул эрудицией Юлиан.
Ларс Моллен почесал в затылке и произнес:
— Но, вроде бы, в Евросоюзе между людьми это запрещено законом.
— Аргонавты не признают закон террариумных хомяков, — сразу отреагировала Трэй.