Лидеры демократической партии вскоре стали настаивать на том, чтобы первая леди появлялась на публике так же часто, как и Элеонора Рузвельт.
Они хотели, чтобы она посещала заведения для умственно отсталых, благотворительные базары и помогала бы своему мужу в политической деятельности.
Но Джекки отказалась.
«Я хочу заниматься семьей и детьми, — говорила она. — Если я займусь общественной деятельностью, то у меня не останется времени на детей, а они для меня — самое главное в жизни. Мой муж согласен со мной в этом».
Каждые четыре дня в неделю она уезжала в свой домик, который снимала в штате Вирджиния, а хозяйкой Белого дома на это время оставалась одна из сестер президента или его мать.
«Люди говорили мне, что я должна делать кучу дел в качестве первой леди, — говорила она Нэнси Такерман, — но я не делала совершенно ничего».
Глава одиннадцатая
В начале Джекки не понравилось в Белом доме. «Я чувствовала себя мотыльком, бьющимся в окно, — говорила она. — Это было ужасно. Мы даже не могли открыть окон, потому что они не открывались годами. Когда мы попробовали развести камины, они начали дымить, так как ими уже давно не пользовались. Иногда я задумывалась над тем, как же мы будем вести семейную жизнь в этом огромном доме».
«Все-таки замечательно быть женой президента», — заметила одна подруга Джекки, навещая ее в Белом доме.
«Да, я его жена. Ну и что?» — фыркнула она.
«Но обрати внимание на всю эту роскошь: на лакеев, слуг, горничных — ведь это фантастика».
«О да, — сказала Джекки. — Это похоже на двор французского короля. Ты звонишь в колокольчик, и тут же прибегают слуги, чтобы обслужить короля и королеву. Слава Богу, что Джек привык к подобному образу жизни. Иначе можно было бы свихнуться от такой роскоши».
Джекки считала, что в доме слишком много прислуги и спросила главного дворецкого об этом. «Я узнала, что значит есть с подноса, когда рядом болтаются четыре лакея, — говорила она. — Вам не кажется, что им можно было бы найти другое занятие?» Позднее она признавалась подруге: «Все это приводит меня в замешательство».
Джекки торопилась организовать свою новую жизнь.
«Поначалу все ошеломляло ее, — говорит Бетти Сполдинг, — она чувствовала себя потерянной. Я помню, как она хотела составить список необходимых вещей и распорядок дня, но у нее ничего не получалось. Тогда Джек вызвался помочь ей, занявшись бюджетом и денежными расходами. Он говорил, что ему по душе такие дела. Он хотел помогать ей в чем мог».
Президент пригласил Тома Уолша в новый нью-йоркский офис посла, чтобы тот вел там бухгалтерскую работу. Мэри Галахер регулярно предоставляла президенту финансовый отчет. Каждый раз, когда он видел, какие суммы тратит на себя его жена, он выходил из себя. Вскоре миссис Галахер стала избегать встреч с Кеннеди. «Я просто не могла выносить его осуждающего взгляда», — говорила она.
Он негодовал, видя, что жена покупает одежду от Живанши за 4000 долларов или тратит 800 долларов на пылесос для конюшни. Но когда он увидел счет из универмага на сумму 40 000 долларов, Кеннеди вспылил.
Он выскочил из своего кабинета и с криком бросился в апартаменты.
«Что это значит, черт возьми?» — кричал он.
«О, Джек, я не помню», — прошептала она.
«То есть как это ты не помнишь?»
«Могу заверить тебя, что я не покупала ни мебель, ни соболью шубу, ничего в этом роде. Так, всякие пустяки, которые нам нужны здесь. Несколько купальных костюмов, одежда для детей и…»
Кеннеди был озадачен. Впоследствии, получив от миссис Галахер отчет расходов за год, он был взбешен. За двенадцать месяцев пребывания в Белом доме Джекки лично потратила на одежду, произведения искусства, еду и выпивку, лекарства, драгоценности, подарки и посещение салонов красоты 105 446 долларов.
«Ты понимаешь, что я получаю только 100 000 долларов в год? Это мое президентское жалование? — спросил ее Кеннеди. — Если бы у нас не было побочных доходов, мы обанкротились бы».
В тот вечер за ужином он объявил, что пригласил Кармин Беллино, эксперта по финансовым делам и старого друга семьи. Беллино недавно помогал Бобби Кеннеди разобраться с финансовыми затруднениями Этель. «Там все было очень запутано, — говорил Бобби президенту, — и Беллино пришлось пожить в доме на Хикори Хилл, чтобы понять, кто же там ворует».
Джекки испугалась.
«Возможно, Кармин спасет тебя, — сказал ей муж. — По крайней мере, он скажет, почему жизнь здесь обходится нам дороже, чем в Джорджтауне, где нам самим приходилось за все платить».