– Он ничего вам рассказать не успел? – убрала к себе тетрадь мальчика Жаклин. – Что-нибудь личное? То, что его внезапно осенило или взволновало перед смертью.
– Он вообще мало разговаривал. В основном болтал я. Люблю хороших слушателей, а он был очень терпеливым.
– Не сомневаюсь, – заключила Жаклин, разворачиваясь к решетке и махая охраннику.
Лок уже выжидал ее у входа на второй ярус.
– Ульф Мерик сказал, что напиток предназначался именно Николасу, а передала его кухарка.
– Ты ее опросил?
– Я думал, что мы вместе этим займемся, – колебался он, прежде чем выдавить. – Как одна команда. Мы ведь напали на какой-то след.
– Веди, – бросила она, спускаясь по лестнице.
Столовая выглядела довольно цивильно. Бесконечные ряды столов, не залепленных жвачкой и прочим мусором, чистые полы и белоснежные стены. Здесь царил порядок и представить, что кто-то мог начать бунт на одном из выхоленных столов, было сложно.
– Кухарок здесь три. Работают по двое суток каждая. Нам повезло, что Эрику не сменила вторая.
– Эрика – та, что передавала колу?
– Именно. График ее работы с шести утра до семи вечера.
– Но еду разносят в восемь.
– Не ту, что готовит она. В семь передают последний сухой паек, состоящий из воды, хлеба и похлебки, а потом… Черт, отличная жизнь у преступников в шведских тюрьмах! – возмутился Лок. – Может, и мне ограбить какой-нибудь банк?
– Это признание с поличным? – резко остановилась она.
– Нет, это… Это всего лишь шутка, – улыбнулся он.
– Предупреждай, когда шутишь. Это Эрика? – кинула на полную женщину следователь.
– Это Эрика, – опередила его женщина, не отвлекаясь от работы.
Она раскладывала еду по тарелкам точно конвейер, и ее руки летали в воздухе и захватывали посуду, словно автомат с игрушками.
– Жаклин Врана, фальшивый полицейский Стокгольма. Ваша смена была вчера. И вы накормил одного из заключенных ядом. Он скончался этой ночью. Слышали о таком?
– Разумеется, – спокойно отреагировала она, не прекращая работу.
– Это ведь не вашей инициативой было, подать мальчику колу вместо воды?
– Хотите сказать, не моей ли инициативой было отравить этого ребенка?
– Я так и сказала, – немного растерялась Жаклин. – Я ведь так и сказала? – обратилась за помощью к Локу она.
– Да поняла я, – отмахнулась кухарка, вытирая вторую руку о фартук. – Поедите чего-нибудь? У меня тут лишнее.
– Мы не есть сюда пришли, – одернула напарника Жаклин.
– А тебе, дочка, это не помешает, – настаивала женщина.
Жаклин поняла, что женщина страдает синдромом насильственного принуждения к питанию, какое она уже не раз встречала среди женщин ее возраста, и была вынуждена согласиться, иначе диалог грозил застопориться.
– Вот так, хорошо, – наложила самую крепкую порцию ей женщина. – Как посмотришь на современную молодежь – за голову сразу хватаешься. Изводят себя какими-то выдумками, а рожать потом кто должен? Вон моя дочь до двадцати пяти себя диетами мучила и бросила, когда замуж вышла. Вес набрала, а родить не может до сих пор. А ведь уже не маленькая, сороковой десяток пошел.
Жаклин кивнула Локу, и тот взял на себя всю ношу. Эрика к ним присоединилась уже через несколько минут. Этого времени хватило на то, чтобы Лок съел всю свою порцию и перешел на тарелку девушки. Та поставила перед собой пустую тарелку помощника и сидела, сложив руки на коленях.
– Какая молодец, – впервые улыбнулась женщина, протягивая кофе. – А ты, парень, бери пример.
Лок чуть было не подавился.
– Бери пример, парень, – довольно повторила Жаклин. – Теперь, когда с культом еды покончено, полагаю, мы можем перейти непосредственно к опросу, – деловито сказала она, отпивая кофе.
Его вкус разительно отличался от того, к чему она привыкла. Жаклин отставила чашку и сложила руки на столе.
– С чем покончено? – удивилась Эрика.
Было заметно, что задели ее самые глубокие чувства.
– С паршивой едой и кофе. Вы ведь не сами купили эту бутылку?
– Нет, ее мне передала пожилая женщина.
– И вы молча ее приняли? Разве не было заметно, что бутылка вскрыта?
– Я этому значения не придала. Старуха сказала, что она бабка мальчика и будет навещать его каждый день, чтобы чем-нибудь угостить. Не могла же я ей отказать!
– Это риторический вопрос? – спросила у напарника Жаклин, и тот кивнул, не отрывая пальцев от глаз. – Хорошо. Сказать «нет» не сложно. Могу научить, если хотите. Спросите что-нибудь, и я покажу, как элементарно это делается.