– Вам понравились макароны?
– Нет. Говоря по правде, я вообще к ним не притрагивалась. Вот видите? Ничего страшного со мной не произошло. В меня не попала молния Зевса, не проткнул меч Немезиды.
Возникла продолжительная пауза, во время которой отклика ждала только Жаклин.
– Меня интересует, обиделись ли вы? Нет. Вот видите? «Нет» можно употреблять бесконечное число раз и в различном контексте. Вы запомнили ее лицо?
– Нет, – последовала совету следователя Эрика.
– В данном случае следовало проявить внимание.
– Старуха каких миллионы. Морщинистое лицо…
– Как у вас?
– Ну… – смутилась женщина. – Я еще не настолько стара.
– И все же морщины у вас имеются.
– Хорошо, тогда ее кожа была дряблой, – начала гневаться кухарка. – Она выглядела так, будто почти при смерти.
– При смерти, – задумалась Жаклин. – Я не знаток в проблемах взросления, но при смерти это в районе девяноста? При смерти бывают и не рожденные дети, экстремальные подростки…
– Да, я думаю, за восемьдесят.
– Никаких опознавательных знаков?
– Говорю же, совершенно обыкновенная старуха. Она сказала, что одинока. Кроме нее у него никого нет, а в доме престарелых ей совсем невесело.
– Насколько нам известно, последняя родственница мальчика скончалась два года назад. Она была его бабкой. Сделаем так, – опустила руку в карман Жаклин и вынула снимок неизвестной пожилой дамы. – Вы ее узнаете?
Эрика вглядывалась в нечеткий овал лица, поднося фотографию все ближе.
– Я не могу сказать точно, – вынесла с сомнением она. – Но на этом снимке женщина выглядит достаточно цивильно, а та, что приходила ко мне напоминала скорее бездомную или что-то вроде того.
– Страна велика, – задумалась Жаклин. – Я была во многих, и берусь утверждать с уверенностью, что социальное обеспечение сильно варьируется. В некоторых районах плевать хотели даже на бездомных детей, а старики… Даже авансы выдают охотнее, нежели материальную благодарность.
Она ушла в себя на минуту, прикусив большой палец, и наконец, вылила поток мыслей. Причем таким тоном и в такой тональности, будто вообще не искала слушателей.
– Он упомянул о каком-то голосе, прежде чем появились мы. И голос этот также принадлежал старухе. Он добавил, что чувствовал чье-то преследование. Что ж, если никакой информации больше нет, то конец связи, – заключила Жаклин, поднимаясь и закуривая.
Лок бегло поблагодарил кухарку и нагнал девушку бегом. Та села в машину и еще долго не заводила мотор.
– Не волнуйся, – пытался подбодрить ее не менее расстроенный Лок. – Мы попытаемся установить личность этой старухи. Вот увидишь, праздники мы отметим со спокойной душой.
– Я хочу выпить, – бросила она.
– Но ведь рабочий день еще не кончен, – удивился Лок.
– С каких пор ты ставишь работу превыше отдыха?
Лок не отличался трудолюбием и пытался найти лазейку очередного выходного дня. Сердцем он хотел веселиться, но разум мечтал о повышении
– Хорошо, – пропищал Лок, не переставая кивать. – Я с тобой.
– Сейчас только час дня, – бросила взгляд на часы она. – Встретимся вечером у входа в забегаловку. Сколько тебе лет?
– Двадцать четыре, – выдавил он, вжимаясь в кресло.
– тогда ничего такого я тебе предлагать не буду. Кроме того ты меня не привлекаешь физически, – без интереса добавила она.
– Значит, я могу не опасаться за свою жизнь этой ночью. Ты ведь меня защитишь?
Жаклин недоуменно на него посмотрела, тут же отвернулась и пожала плечами.
– У тебя партнер есть? – не постеснялся спросить он.
– Партнер по чему?
– По жизни, – кратко ответил тот. – Ну, или постели, как еще говорят. У меня есть девушка, и я счастлив.
– Поэтому идешь со мной в клуб этой ночью?
– Я иду не с целью ей изменить, а развлечься.
– А разве партнеры не существуют для того, чтобы развлечься? – завела мотор Жаклин.
– Существуют разные варианты развлечений, знаешь ли. Спокойные и умиротворяющие, а также те, что поднимают давление.
– Тогда я не вижу смысла в партнере. Спокойным и умиротворенным можно быть и наедине.
Лок дернул головой в усмешке и отвернулся к окну. Пожалуй, он как никто другой знал об ее личной жизни, потому что был тем, кто умел задавать провокационные вопросы, а она той, что не умела скрывать правду.
– Мне интересно, сколько длилась твоя последняя связь? – не унимался он.
– Одну ночь. Нет, даже меньше. Мы просто переспали, а потом я ушла.
– Настоящий романтик, – улыбнулся Лок. – Если хочешь, я сброшу тебе адрес по навигатору, когда приеду в участок. Ты ведь, разумеется, там сегодня не появишься?