– Вспомни, как ты выходила с ним в море. Ты уходила с ним море на недели. В то время он еще не пил, а у нее и мысли не возникало разводе.
– Возможно, у меня на удивление выборочная память, и некоторые вещи я предпочла забыть сознательно.
– Я тоже хотела с вами, но максимум на что меня хватало так это на день, – продолжала Софи. – Я жаловалась на холод, простуду и недостаток пищи. После первой попытки второй мне уже никто не предлагал.
– А меня, значит, мать отправляла со спокойной душой.
– Потому что ты сама этого хотела. Тебе было под силу то, что удавалось только крепким мужчинам. Ты умела справляться без пищи и воды долгое время, вытерпеть любые погодные условия, любые температуры. А однажды вернулась с огромным порезом на спине. Тебя зацепило крюком, и кровь билась пульсирующей струей, а ты как будто не замечала. Тогда я прочла в его глазах нечто вроде испуга.
Жаклин вспомнила о шраме на лопатке и невольно согласилась.
– Ты грустишь о матери? – поинтересовалась Жаклин.
– Конечно! Мы ее хороним прямо сейчас! Господи, Жаклин, иногда ты выглядишь просто невменяемой.
– Море дает – море забирает. Кажется, это исландская поговорка.
– Да, – задумчиво протянула Софи. – Как твоя нога? Я слышала…
– Софи!
Над парой возвысился молодой человек, одетый не по сезону: слишком легкую куртку на строгий костюм. Он широко улыбался, отпивал из стакана, закусывая сыром на деревянных шпажках.
– Повсюду тебя искал. Это, как я понимаю, Жаклин? – галантно потянулся к ее кисти за поцелуем.
Та его намерений не поняла и убрала руки в карман.
– Это Нэд. Наш троюродный сводный брат, – представила мужчину сестре Софи. – Требуется какая-то помощь?
– Нет, – беззаботно ответил он. – Просто хотел предложить съездить на теплый источник завтра днем.
– Вообще-то сейчас не самое лучшее время для таких предложений, – смущенно улыбнулась она.
– Почему? – удивился Нэд.
– Видимо, у данного экземпляра сильно запущенная форма рака мозга, поскольку даже я осознаю несвоевременность данного предложения, – отчеканила Жаклин, не обращая внимания на присутствие мужчины.
– Что ж, – усмехнулся своему бокалу тот, – тогда в другой раз.
– Пожалуй, – согласилась младшая. – Не обязательно было его оскорблять, но спасибо, – улыбнулась она. – Он весь вечер за мной бегает.
– Родственниками вы являетесь лишь формально, а значит, он претендует на половые отношения, правильно я поняла?
– Правильно.
– Хорошо, – осталась довольна собой Жаклин. – Кажется, мне становятся понятны некоторые скрытые желания людей.
– Я хотела было согласиться, – нехотя призналась девушка. – Иногда наступают моменты, когда приходится разделить тоску с кем-то физически.
– Приходится, означает принуждение, не так ли?
Софи повела челюстью, издав короткий смешок.
– Ты считаешь меня потаскухой?
– Компенсация недостатка мужского воспитания в детстве или психологическая травма вызванная ущемлением со стороны родственника или родителя. Вследствие чего комплексы, связанные с внешностью, низкая самооценка. Вызывающий макияж даже на похоронах матери, одежда, не прикрывающая того, чему бы стоило находиться в прикрытом состоянии.
– Прошу тебя, не надо меня разбирать, – взмолилась девушка. – Она хотела устроить настоящий парад с фейерверками, живой музыкой, маскарадом. Пришлось заказать музыкантов, чтобы выполнить ее просьбу хотя бы частично. Но это не тот жанр, который она предпочитала.
– Мне одной кажется или эта женщина была несколько безумной?
– А от кого бы иначе появилась ты? Минуту тишины! – поднялась на ватных ногах девушка.
Родственники образовали плотное кольцо вокруг девушек и заметно притихли.
– Все мы знаем о том, каких убеждений придерживалась моя мама. Прости, наша мама. Поэтому нам всем следует уважать и принимать ее решение о последнем желании. Она просила, чтобы ее прах развеяли рядом с домом, над этим озером. В месте, где она провела большую часть жизни. Она была настоящим ребенком природы. Она жила, чтобы подарить жизнь нам с Жаклин, чтобы сделать счастливыми и здоровыми людей вокруг. Никогда не отказывала в помощи, никогда не отворачивалась и не придумывала оправданий. Ее дом, стол и сердце были всегда открыты. А теперь свою признательность выскажет моя любимая сестра, Жаклин.
Жаклин чуть было не выронила стакан.
– Я должна что-то сказать? Верно, ведь она и моя мать тоже, – согласилась та. – Что я должна сказать? Она вообще никакой роли не играла.