— Я нашёл игрушку поинтереснее… — парень направился к девушке. Мальчик, воспользовавшись ситуацией, рванулся к двери, но его остановили.
— А с ним что? — лениво промычал один из друзей Макса.
— Мне не интересно.. — недвусмысленно заявил парень, всё его внимание уже было приковано к девушке. Интерес Макса был вызван скорее желанием укрепить свою власть за счёт издевательств такой "популярной" личности и, как минимум, наконец убрать надоедливую особу. Ему никогда не доставляло тягость что-то сделать со своими жертвами, тем более, он был явно под чем-то, и приполнятое настроение было благодаря этому.
— Скажешь кому, будет как с ней — взяв мальчика за шкирку, прошипел сквозь зубы хулиган. Парень взглянул на Эмми, в её умоляющие глаза, но сразу отвёл свой взор и испуганно кивнул. Он не хотел оказаться на её месте. Его тотчас же отпустили.
Сейчас, идя по сырой улице, Элли злилась на мальчишку. Он мог хоть что-то сделать, и тогда бы с ней этого не произошло.
Макс потянул девушку за руку и выставил из кабинки. Эмми вжалась в стену, желая слиться с ней. Они смотрели на неё, как на животное в зоопарке, а выглядели внушительно и неприятно. Эмми успела отругать себя, что вообще ходила в зоопарк, потому что теперь она сама оказалась по другую сторону.
— Парни.. — кивнул он на Эмми. — Дердите её. — сухо добавил, но, переведя взгляд на девушку, в глазах читалось лишь удовольствие от происходящего. Парни направлялись к девушке и, несмотря на попытки вырваться, убежать, её схватили за руки. Эмми ощутила липкую безысходность, подбирающуюся к самому разуму, не оставляя ничего кроме животного страха, при виде парней. Макс подошёл ближе, поднял голову девушки за подбородок и взглянул прямо в глаза, наполняющиеся слезами. — Хах, такой игрушки у меня ещё не было. — он знал, что воля девушки давно подавлена, сам старался, она не будет заявлять. Оставшиеся парни и, конечно, Макс начали снимать, кое-где рвать одежду, игнорируя сопротивление, мольбы, крики, слёзы и смеялись, видя, как ничтожны были её попытки хоть что-то сделать. Эмии ничего не могла, безысходность полностью заполнила её.
— Какая милашка, это надо запечатлеть. — намекнул один из парней, другой сразу достал камеру.
Эмми раз за разом вспоминала касание рук, так отвратительно и пошло, нагло и грубо. Рассматривали, называли грязной шлюхой, и снова трогали, пока она вздрагивала от каждого прикосновения. Девушку выворачивало изнутри. Разум вот-вот разлетится на кусочки, и от прежней Эмми ничего не останется, от её уединённого мира ни останется ничего. Здесь, в суровой реальности, никогда ничего не значили её слова, её мнение, её желания, её жизнь — для Этого в « здесь» не было места. От осознания хотелось кричать, но сил уже не было. — Отойдите! — все замолчали и начали наблюдать за вожаком. Макс подошёл к девушке. Эмми ещё сильнее вжалась в стенку, её дыхание перехватило.
— А ты стой смирно, а то покажешь нам, как ты можешь работать ротиком. — он ухмыльнулся и наклонился к ключице. Девушка сжалась. Макс прислонился губами и поставил метку. Для Эмми несколько секунд оказались адом, перестрока организма дала о себе знать. Тело пронзила острая боль и всё запылало внутри, будто кровь превратилась в раскалённую лаву, а в головые всплыли слова мужчины и то, как он несколько раз повторил: «Метка — вам не игрушка!». От осознания всё плыло. Она сползла по стене на пол и потеряла сознание. Последние слова, что Эмми услышала:
— Теперь ты моя игрушка. —
Глава 3. Падение.
Выход есть всегда. Жаль, мы его не всегда видим.
Открыв глаза, Эмми осмотрелась: оттенки серого нагоняли жути, а мёртвая тишина только усугубляла ситуацию. Девушка почувствовала холодный кафель. Попыталась встать, но у тела были другие планы — резкая боль заставила сползти обратно.
— Ммм.. — стон непривычно ударил по ушам. Эмми потёрла место метки, боль всё ещё сохранялась, но было уже легче, впрочем, холод заглушал её. Оглядевшись, она заметила одежду, которую небрежно кинули в углу. Натянув на себя уцелевшие остатки, она выбралась из пустой школы.
Гроза закончилась быстро. Лишь низко повисшие тучи, уходящие в горизонт, указывали на бурную стихию. Безкрайний океан заполняет тишину своим шелестением.
Девушка шла по холодному скользкому камню. С обрыва было видно неспокойные волны: они с грохотом удалялись, рассыпаясь в стороны. Они завораживали, унося разум, но сейчас на это не осталось времени.
Людей поблизости не было. В такую погоду все сидели дома, в тепле и уюте, наслаждаясь спокойным времяпровождением. Эта мысль больно ударила, раскрывая старые шрамы на итак израненном сердце. Девушка понимала, что уже ничего не вернуть, не изменить. Всё будет только хуже: если она вернётся в школу — издевательства продолжаться с новой силой, если она вернётся домой — всё начнётся сначала.