Ён что-то сказала, видимо, просила перевести.
— Да ладно, — Кэт пожала плечами. — Нам же несложно? А если это поможет и нас вытащить?
— Да я и не против, — откликнулась Ханна. — Кормежку надо отрабатывать, как ни…
БАХ!!!
Я даже не понял, откуда раздался взрыв. Кажется, воздух сгустился и толкнул меня с двух сторон одновременно. По ушам ударило. Рация опрокинулась. Беззвучно посыпались камни с вершины обрыва.
Я сел. Потом встал. Помог подняться Кэт.
— … … в крысиную задницу! — пробился через вату голос Ханны. — Что это было?
В ушах все еще звенело. Вода дрожала рябью, мелкие волны шлепались о край островка.
— Что-то взорвалось.
— Костя, — протянула Ханна, глядя через мое плечо. — А это вот — что?
Я обернулся.
Мимо, кружась и покачивая мачтой, проплывал плотик с антенной.
Установить плотик оказалось неожиданно сложно — он что-то не хотел вставать на скользские камни, все время шатался. Порывами ветра его вообще норовило опрокинуть. Но в конце концов мы придавили его ящиком и Кэт принялась возиться с рацией.
Внезапно, обе радиостанции работали.
Внезапно, на том конце тоже кто-то что-то орал через помехи.
Кэт долго ругалась сквозь зубы, затем все же нащупала какой-то то ли канал, то ли частоту, черт его знает.
Оказалось, на той стороне Жало рвануло посильней, чем тут у нас.
— Вы знаете, шпиль обрушился, — растерянно сообщила Кэт. — Часть обломков втянуло в Жало. Оборудование Службы тоже рассыпалось. Хорошо, что у них был запасной передатчик.
— А что за хрень это была? — поинтересовалась Ханна.
Кэт что-то пробормотала в трубку. Я осмотрелся. Ветер нес новые клочья тумана взамен тех, что разбросало взрывом. Со скал еще скатывались мелкие камушки.
— Это уже второй взрыв. Первый произошел через шесть часов после… после появления Жала.
До меня дошло.
— Так вот что нас разбудило!
Кэт закивала.
— Только мы слишком вымотались, чтобы это заметить.
Ханна поморщилась.
— Погоди-ка, погоди. Так теперь что, эта чертова штука будет бабахать каждые шесть часов? Подруга, попроси, чтобы в следующей поставке были затычки для ушей!
Мне было интересно кое-что другое.
— Кэт, постой. Шесть часов и там, и там… Время что, теперь течет одинаково? И в Праге, и здесь?
Девушка развела руками.
— Наверно. Может, когда мы выпали из Жала — график вернулся к нормальному. Посмотри, уже и небо нормальное, и… — она оглянулась туда, где исчезло в тучах гигантское солнце, и резко так замолкла.
Ён вклинилась, что-то взволнованно спросив.
— Разрушения? — Кэт смутилась. — Мне говорили только про церковь и лагерь. Сейчас спрошу.
Мы уселись в кружок, с Кэт и рацией посередке. Последовал короткий диалог.
— Два ближайших дома пострадали, — наконец, проговорила наша радистка. — Но в целом взрыв был не очень сильный.
Я задумался, глядя в серую мглу.
— Это, получается… Теперь Жало не исчезло после взрыва. И оно существует уже очень долго, а город все еще цел. Выходит, оно как бы… сбрасывает энергию по частям? Не в один большой бабах, а во много маленьких?
— Лучше сорок раз по разу, чем зараз все сорок раз, — ввернула Ханна.
— А почему оно не исчезло? — одновременно спросила Кэт.
Пожать плечами.
— Да не знаю. Может, в Оводе что-то замкнуло. Или оно зависло, когда пыталось заглотнуть автобус. Не, девчонки, нам нефиг жаловаться. Если б оно щас рвануло в полную мощь — мы бы тут ласты склеили…
— Костя? — переспросила Ханна. Ну да. Я же уже вторую минуту сижу с разинутым ртом и пялюсь на Жало.
Я перевел взгляд на Ханну. Ну… все-таки жалко, что на нас направлена камера с этого дрона…
— Жало. Я понял!
— Да говори уже!
— Оно не выключается… Оно не выключается именно потому, что мы до сих пор живы!
Кэт присвистнула. Ханна выглядела озабоченной. Не в том смысле, блин!
Вот она посмотрела на скалу — в ту сторону, где мы с ней видели череп.
— А остальные отчего?
Я почесал в затылке.
— Не знаю.
Кэт кашлянула.
— Ты сказал «не выключается». Ты думаешь, Овод — это что-то типа машины?
Замотал головой.
— Это не я так думаю. Когда он появился, все думали, что это инопланетный корабль. И сейчас так многие думают. Что он разумный, или что им кто-то управляет. Или что он под управлением компьютера.
Ханна вскочила.
— Мальчики-девочки, вы не о том думаете! Это что тогда получается? Как только мы пройдем обратно — оно бабахнет?
И вот опять мы такие сидим и молчим. А что ей отвечать.
Кэт вытерла слезинку, сбежавшую из уголка глаза.
— Не-не-не. Все нормально. Извините, — теперь ее обняла Ён.