Ханна хмыкнула.
— Ну еще бы, — я согласно кивнул. — У меня начинается одышка, стоит чуть напрячься.
Кэт замотала головой.
— Нет-нет. Посмотри.
Ханна склонилась над ее плечом.
— Ого! Теперь понятно… понятно, что ничего не понятно. Может, прибор глючит? Костя, а у тебя чего?
Я пожал плечами.
— Тоже чего-то странное. Температура двадцать семь градусов выше нуля — а по ощущениям у нас тут вообще сауна под пятьдесят. А давление воздуха вообще выдает ошибку, — я слегка пнул корпус погодной станции. — Может, эти девайсы побились, пока летели?
Кэт прижала к уху телефонную трубку. Продиктовала Службе показания с приборов.
— Хроматограф? Нет, еще нет… Поняла вас.
Опустила трубку.
— Костя, Ханна — поможете?
Ну да. В одиночку эту хрень было не утащить. Величиной она была со здоровую такую микроволновку. И весила за тридцать кэгэ.
Не считая прилагавшегося к ней тяжеленного аккумулятора.
Мы долго возились с запуском — в комплект входили несколько картриджей, похожих на жесткие диски, каждый требовалось вставлять отдельно. Потом подрубили к задней панели шланги с клапанами, включили систему — и такие выяснили, что подрубили их неправильно… В общем, прошло типа так полчаса, прежде чем разобрались с настройками, и микроволновка зашумела, будто пылесос.
Пошумела. Выбросила на передний дисплей какие-то графики с циферками. Ханна направила камеру дрона на экран.
Даже из трубки я слышал череду русских, английских и немецких матюгов вперемешку.
— Служба? — осторожно проговорила Кэт.
Замерла в неловкой позе, одним глазом косясь на экран.
— Э… нет. Самочувствие? Без изменений. Как сообщали раньше.
— Учащенное дыхание и пульс при любых нагрузках под сто двадцать, — подсказала Ханна. — Я грешила на нехватку кислорода, но…
Кэт повторила.
— Нетипичного? — она задумчиво оглядела нас троих. Особенно — Ханну. — Вы знаете… мы в первый момент были все как не в себе. Стресс и все такое… я не могу сказать определенно.
— Головная боль? Да, когда просыпаемся. Судороги? Мышцы порой болят, но мы в последние сутки много работали… Нет, я ничего такого не замечала. Ни обмороков, ни глюков.
И долгая пауза.
— Ясно. Поняла, — голос звучал очень растерянно. — Избегать нагрузок, чаще отдыхать в лежачем положении, избегать переохлаждения. Извините, а…
Опустила трубку.
Ханна взяла Кэт за плечо и развернула лицом к нам.
— Рассказывай.
— Посмотри сама, — Кэт ткнула пальцем в монитор притихшей установки. — Это — то, чем мы дышим.
— У меня по химии стабильное С, — пробормотала Ханна, и осеклась. — Ой.
— Девчонки, — вмешался я. — Я и вовсе ничего не понимаю.
Ён кивнула. — Не понимаю тоже.
Кэт зажмурилась.
— Приборы работают нормально. Они просто не откалиброваны под такие условия.
— Такие — какие?
— Состав воздуха, — Кэт опять ткнула в дисплей. — Две трети неона на треть азота. Около двух процентов кислорода. Почти нет углекислоты — ниже порога чувствительности анализатора. И… — она сделала театральную паузу. — Давление как на глубине в семьдесят метров.
Минут пять мы переваривали новости.
Ханна сидела с отвисшей челюстью.
Я не особо въехал, в чем прикол. Ну да, мы на другой планете и у них тут своя атмосфера.
Ён, кажется, пыталась разглядеть шкалу прибора.
Ханна кашлянула.
— Кость. Кэт. Объясните мне одно — почему мы не вырубились сразу, как попали сюда?
Я поскреб в затылке. Кажется, я знал ответ.
— Жало.
— То есть?
— Ну… мы просидели в нем довольно же долго. Жало сосало воздух. Давление постепенно росло. Наверно, к тому времени, как мы сквозь него прошли, оно почти сравнялось с местным.
Ханна хрипло засмеялась, — Надо будет им сказать, чтобы подтащили барокамеру поближе к Жалу. Не хочу откинуть коньки от кессонной болезни, как вылезу.
Я не был уверен, суждено ли нам вернуться обратно. Но эту мысль оставил при себе.
Ханна зло покосилась на Жало — и обернулась к Кэт.
— Кстати. А чего ты на меня так пялилась?
Кэт замялась.
— Давай колись.
— Ну… — Кэт пожала плечами. — Они спрашивали насчет перевозбуждения. Или нетипичного поведения.
— И?
— Откуда же я знаю. Может, для тебя вешаться голышом на шею малознакомым парням — поведение типичное?
Я изо всех сил старался не заржать.
— А, — совершенно безразличным тоном сказала Ханна. — Ну ок.
Наклонился за погодной станцией — и упустил момент. Услышал только визг Кэт — и очень громкое бульканье.
Подскочил.
У берега барахталась, пытаясь уцепиться за камень, Кэт.