Запищал эхолот. Я дернул джойстик, разворачивая лодку против течения. Прибавил ходу.
Скала надвигалась темной стеной.
— Костя, — повторила Ханна, запрокинув голову. Ее глаза не отрывались от темной поросли на вершине острова. Поросль медленно скрывалась за краем обрыва.
— Это что? Деревья?
Как по мне, едва различимые сквозь туман силуэты больше походили на кактусы. Мы шли опасно близко к обрыву, я взял еще правее.
— Не разберу, — протянул я. Мне выворачивать шею было недосуг — я следил за камнями и за эхолотом одновременно. Лодка описывала петлю, мыс сдвигался влево.
— Слушай, — голос Ханны понизился. — А давай посмотрим?
От неожиданности я чуть не потерял управление. Лодка медленно попыталась развернуться вокруг оси, я раздраженно довернул руль и увеличил ход.
— Высадиться? — я бросил через плечо короткий взгляд. — Ну это… ты же видишь. Тут по скалам не вскарабкаться. Даже причалить некуда.
Ханна критически так окинула скалу взглядом.
— А с другой стороны?
Я почесал подбородок.
— В смысле, острова? А лодку не разобьем?
— Кость. А мы, вообще, для чего сюда приперлись? Вроде как осмотреть местность повнимательней? Нет?
Не, ну вообще, мне и самому хотелось осмотреться повнимательней…
— Ладно, — ну, кто не рискует, тот не пьет шампанского, — Ща обойдем вокруг и пройдем вдоль берега.
Я продолжал разворот, пока лодка не встала к острову левым бортом. Потом вернул рукоятку в исходное положение и чуть подал вперед.
С этого боку остров особо не отличался. Здоровая махина из черного слоистого камня, вдоль воды тянется вездесущая бурая плесень. Пару раз экранчик попискивал, предупреждая о подводных выступах, я уходил правее.
Когда мы прошли вдоль берега с полкилометра или около того, склон сделался уже довольно пологим. И низким. Теперь я уже не приближался к урезу воды — глубина сделалась мелкой до неприличия.
Вскинуть голову, оценивая крутизну… Ну, здесь мы спокойно взберемся и пешком.
— Ну что, здесь?
— Давай.
Я застопорил двигатель. Течение попыталось опять закрутить лодку, но Ханна перехватила весло рукояткой вниз и, как багром, подтолкнула нас к берегу.
— Понесли, что ли?
Лодка была не так чтобы тяжелой… это не считая шмоток, мотора, освинцованной палатки и всего такого прочего. Сперва я отпер на берег вещмешки, скинул их в местечке посуше. Мы поднатужились, выволакивая на руках корпус лодки на каменистый склон.
— Фух, — Ханна утерла пот со лба. Достала фотик, щелкнула уходящие в туман камни.
— Ну пойдем?
Вообще остров от нашего отличался так, только размерами. Ну, насколько мне казалось.
Такой же длинный — только гораздо длиннее — каменный склон с каменюкой-вершиной. Мы шли по каменистому ребру, поднимавшемуся среди тумана. Море с такой высоты было уже плохо видно. Мокрые каменюки скользили под ногами. Ближе к вершине снова появилась чертова плесень. Такой, знаете, черно-бурый коврик под ногами. Скользский, сволочь.
Не, я-то после подъема к ретранслятору типа как привычный. А Ханна — умничка — захватила с собой то же весло, пользуясь им как посохом.
Лодку давно не было видно. Снова щелкнул фотоаппарат.
Под ногой что-то хрупнуло.
— Это что за хрень?
— О, — Ханна аккуратно, чтобы не поскользнуться, опустилась на корточки. — Костя… ты смотри. Это похоже на гриб.
Гриб? Ну да, похоже.
Типа такой, знаете… ну такие мелкие грибы, которые растут на старых деревьях.
Такого же цвета, как плесень вокруг, черно-бурое ушко, прижавшееся к скале. Сантиметров пять длиной и полсантиметра — в ширину.
Я осторожно потрогал пальцем полураздавленную черную запятую. Она легко подалась под прикосновением, словно бумажная. На пальце осталось пятнышко черной слизи.
— Уверен, что оно не ядовито? — весело спросила Ханна.
Блин.
Не, ну я же не в рот эту штуку тяну?
Я аккуратно вытер палец о штаны.
— Ну… ты хотела что-то покрупнее плесени? Вот оно.
Ханна скептически посмотрела на гриб. Вздохнула.
— Ладно. Давай надеяться, это только начало открытий.
— Ты хотела посмотреть на кактусы? Пошли, что ли.
По мере подъема грибов становилось больше. И сами они становились крупнее — в основном в длину. Скала уже имела вид такой, ну представляете, этажерки из грибных полочек. То и дело мы давили один из них. Сперва вздрагивали — потом уже не обращали внимания. А вот плесени на камнях — внезапно стало резко меньше.
Ну хоть за это спасибо.
Внутри у грибов было что-то вроде мягкой темно-серой губки, пропитанной жижей.