Позже Володя Селезнев поведал, что произошло с ним в канун Нового года: главарь Михаил Осипович Сыров, по прозвищу «Голландец», после выхода из Крестов тайно занялся розыском в своей банде наводчика. Ни судья, ни адвокат не смогли этого выяснить, и тогда он подключил к этому делу майора из управления. За два дня до Нового года майор каким-то образом пронюхал, что в это дело замешан человек, связанный с полковником Селезневым, а вскоре заподозрил молодого шофера — он был известен в банде как бывший автогонщик. Володя действительно не раз участвовал в гонках по пересеченной местности и даже завоевывал призы. Одно время он возил на «БМВ» самого Голландца.
И майор признал некоторое сходство «шофера» с полковником Селезневым, с которым не раз встречался. Стал наводить справки и пришел к выводу, что только этот молодой человек, — не исключено, что сын Селезнева, — был наводчиком (у Володи, конечно, были документы на другую фамилию, по легенде, он даже в юности год провел в колонии для несовершеннолетних преступников...).
Старший лейтенант Владимир Селезнев, в свою очередь, «засек» в связях с крупной бандой майора из управления, которого здесь звали «Бром» Перед тем как его схватили молодчики Голландца, Володя успел сообщить отцу о майоре, судье, адвокате и о том, что его этот самый майор узнал... Сказал и о том, что Новый год вся эта теплая компания будет праздновать на даче под Комаровом. Не сообщил лишь о том, что незадолго до отъезда Голландец распорядился, что повезет его на дачу Володя.
Разоблачив при помощи Брома старшего лейтенанта Селезнева, бандиты могли кончить его, но тут подвыпившему Голландцу пришла идея обрядить предателя и стукача в шубу и шапку Деда Мороза и сжечь под сосной...
И можно было только поражаться выдержке полковника Селезнева, на глазах которого бандиты готовили эту расправу.
Все это Артур узнал позже, а сейчас во дворе освещенной дачи приехавшие с ними эксперты щелкали фотоаппаратами со вспышками, следователь вместе с полковником снимали показания захваченных преступников, как говорится, по горячим следам. Старшему лейтенанту Владимиру Селезневу пришлось снова стать под сосну, дать себя привязать к стволу и даже подержать кляп во рту. Для дотошных законников должны быть собраны все данные, видимые улики, протоколы допросов с места преступления. Всем этим и занимались чуть ли не до утра люди полковника Селезнева в эту первую новогоднюю ночь.
Глава двадцать вторая
КОРОЛЬ УМЕР! ДА ЗДРАВСТВУЕТ КОРОЛЬ!
Темно-синий «Мерседес» Якова Петровича Раздобудько холодным январским вечером мягко затормозил напротив старинного дома с кариатидами на улице Некрасова. Пятиэтажный дом после капитального ремонта при уличном освещения мягко светился отшлифованной пескоструйными аппаратами кремовой облицовкой. Кариатиды держали на своих плечах чугунный навес над парадным входом. Четырехкомнатная квартира на третьем этаже недешево обошлась генеральному директору АО «Светлана». Один ремонт стоил более тридцати тысяч долларов.
Плечистый, с угрюмым взглядом шофер-телохранитель, как обычно, первым вышел из машины, неторопливо прошествовал к парадной с кодовым а замком, вскоре вернулся и подал хозяину знак, что все чисто. Хотя вроде бы и некого было опасаться Хмелю, но за что же он деньги платит охраннику?
И тот всякий раз проделывал одно и то же: выходит из «Мерседеса», зорко осматривался, затем, открыв дверь, заглядывал внутрь, и лишь после его сигнала открывал дверцу хозяин. Настроение у Якова Петровича было приподнятое, красавица жена уже ждала его у накрытого для ужина стола, в дипломате у него видеокассета с порнографическим мультфильмом под названием «Большой трах». Что там за «большой трах», он еще увидит, но вот нормальный «трах» он нынче, после вкусного ужина с парой рюмок коньяку «Отборный» и просмотра фильма, обязательно сотворит, о чем Светлана уже предупреждена. А это значит, что она весь вечер будет особенно внимательна к мужу. Дело в том, что любая, даже маленькая ссора отрицательно влияла на потенцию Хмеля...