Артур промолчал, он уже стоял у двери, отделанной под дуб, и держался рукой за бронзовую ручку.
— Ты и прозвал, чертов Скорпион!
— До свидания, товарищ... Дед!
Артур поспешно вышел за дверь. В приемной вместо секретарши сидел вихрастый, похожий на мальчишку старший лейтенант Алексей Крылов. Beликолепный снайпер. Его пули не одного бандита заставили навеки замолчать, как пишут в детективных повестях. Ему поручались самые серьезные задания. Значит, что-то задумал полковник Селезнев! Нечто такое, что заставит преступников прикупить на хорошем кладбище место для очередного главаря... Бандиты хоронят своих боссов широко, с помпой! А Леше Крылову поручалось устранять во время операций только самых опасных преступников. Есть киллеры, а есть антикиллеры. На прилавках даже появилась книжка с таким названием. Так вот Алексей Григорьевич был антикиллером. Его автоматическая винтовка с оптикой ночного видения не знала промахов. Его специально командировали в Грозный, когда там появились «белые колготки», убивавшие наших солдат и офицеров за доллары. За месяц пребывания Крылова и его двух коллег из отряда Селезнева в огненном городе о «белых колготках» как-то быстро замолчали в прессе и на телевидении... А позже вообще заявили, что это все досужие выдумки журналистов... Но Леша рассказал по возвращении домой про девиц из Прибалтики, Украины, России, прятавшихся в развалинах домов со снайперскими винтовками. Правда, не все они были в белых колготках. Некоторые носили колготки черные, серые и даже телесного цвета. И похоже, регулярно взбодряли себя наркотиками.
— Здравия желаю, товарищ подполковник! — резво вскочил со стула у окна Леша. — Уже вернулись к нам?
Улыбка у него светлая, мальчишеская, розовощекое лицо. Он среднего роста, широкоплеч, очень подвижен. А ведь ему приходилось долгими часами таиться в укрытии, дожидаясь своего часа...
— Рад тебя видеть, Алексей. — Князев приветливо улыбнулся и пожал ему руку.
Уже выходя на улицу, подумал, что Крылов все-таки еще очень молод, иначе не задал бы этот вопрос: никто, кроме Деда, не должен знать, что он, подполковник Князев, продолжает работать в своей конторе.
Глава девятая
«СЧАСТЛИВОЕ ДИТЯ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ»
— Может, пообедаем в «Национале»? — предложил Арнольд Семенович Шишкарев. — Не ходишь по ресторанам? Ах да, ты же за весом своим следишь... И наверное, все еще спортом занимаешься? Или бегаешь по утрам трусцой? — на его холеном лице с правильными чертами появилась улыбка. — А я курю, выпиваю, хорошо закусываю и женский пол не обхожу... И знаешь, держу форму: нормальный вес, нет брюха и могу еще о-го-го!.. Слышал поговорку: кто не курит и не пьет, тот здоровеньким помрет... Ладно, Иваныч, через час буду у тебя. До встречи!
Шишкарев положил трубку цвета слоновой кости в углубление сложного, со всякими приспособлениями телефона «Панасоник» и, крутя в пальцах металлический «Паркер» с золотым пером, задумался: чего это Иванов вдруг ему позвонил? Знакомы они были давно, но вроде бы дружбы особой никогда не водили. Чаще всего встречались у заведующих отделами и секретарей обкома КПСС в Смольном на разных совещаниях. Оба были директорами оборонных НИИ, числились в номенклатуре. Он знал, что Иванов дружил с кагэбистами — они опекали все закрытые НИИ, связанные с оборонкой, ракетостроением, — а он, Шишкарев, не завел с ними дружбы. У него был в институте оперуполномоченный КГБ на должности инженера по безопасности, сосуществовали они довольно мирно. Тогда никаких утечек информации, воровства секретной продукции не наблюдалось. Да и люди в институтах работали тщательно проверенные. Иван Иванович вообще из военных спецов — он иногда даже в полковничьей форме появлялся в Смольном. А он, Арнольд Семенович, и в армии-то никогда не был. После разгона коммунистов и захвата Смольного горлопанами-демократами их, директоров НИИ, перестали приглашать на совещания в Смольный. Началась повальная приватизация, а когда какие-то «умники» явно из врагов бывшего СССР стали разваливать армию и военно-промышленный комплекс, кто поглупее не смогли сохранить институты, а кто поумнее, как они с Ивановым, быстро занялись конверсией, — и теперь процветали. «Аист» Иванова даже считался более богатым, чем его, шишкаревский, «Радий». Вот Арнольду Семеновичу и было лестно, что Иванов первым позвонил ему. Заинтриговал каким-то выгодным делом... Иванов тоже сейчас что-то гонит и для ВПК — ему необходимы для сложных ракетных приборов редкоземельные металлы... Почему бы не выручить коллегу? И самому, естественно, не остаться в накладе? В чем конкретно заинтересован Иванов, Арнольд Семенович еще не знал — это не телефонный разговор.