А взбесило Хмеля сообщение помощника, что их постоянный клиент Арнольд Шишкарев наотрез отказался платить дань, а это ни много ни мало — несколько тысяч долларов в месяц. За «крышу» и охрану. Ну, случилась промашка, похитили его харьковские бандиты и чуть с живого шкуру не содрали, так ведь люди Раздобудько сожгли их дачу под Сосново? «Мерседес» генерального «Радия» не нашли — бандиты сумели продать его подвернувшимся прибалтам из Риги.
— Ты хоть припугнул его? — круто остановился перед Хрущом шеф, сверля его глазами. Из серых они превратились в водянисто-голубые. — Сказал, что мы на него наедем так, что небо с овчинку покажется?
— Толкует, что после того, что перенес в подвале дачи, уже ничего на свете не может его напугать. Мол, выручили его не наши люди, а спецназовцы или омоновцы. А дачу сожгли? Так это, говорит, то же самое, что убить змею, которая тебя уже ужалила...
— При чем тут змея? — чуть не зарычал Раздобудько. Свисавшие до подбородка запорожские усы подрагивали, маленький нос-картофелина покраснел, а большой рот кривился в недоброй усмешке.
Ломов пожал плечами, мол, передаю то, что услышал.
— Фотокарточку ему, конечно, изрядно попортили, — заметил он.
— Вот что, Миша, — шеф чуть не бегом бросился к креслу, что стояло за письменным столом, тяжело плюхнулся в него, хотел было схватить с полированной тумбочки радиотелефон, но раздумал. — Не буду я ему звонить: смотайся еще раз к нему в офис, можешь пригласить в ресторан и в последний раз по-хорошему вразумить! Если как баран в ворота рогами упрется, придется как следует проучить...
— Как? Говорят же, что за битого двух не битых дают, — равнодушно произнес Ломов. Он тоже знал Шишкарева и был уверен, что тот наверняка себя обезопасил, решив порвать с их бандой. И потом, Арнольд не трус, не уступил ведь харьковским! Даже под пытками! Они у него все хотели отобрать.
— С Ивановым из «Аиста» у нас сорвалось, — не слушая его, гневно продолжал шеф. — Ладно, мы отступили...
— С Ивановым не надо было и связываться, — вставил Хрущ. — Мы же знали, что он дружит с крупными мусорами. Наш человек предупредил, что лучше на него не наезжать.
— А теперь обос... с этим... Арнольдом, — гнул свое Раздобудько. — Если и ему спустим, то что скажут наши конкуренты, Миша? Скажут, что мы — полное говно и нас никто не уважает, не боится.
С этим Михаил был согласен. Если пройдет по городу слушок, что банда Якова Раздобудько сдает свои позиции и с ней перестали «клиенты» считаться, то от их «крыши» откажутся и другие, а значит — перестанут поступить бабки. Эти проклятые «варяги» из Харькова всю обедню им испортили! А еще земляки Якова Раздобудько. Вроде бы спецназовцы прищемили им хвост, пусть даже откупятся, все равно в Питере им уже не будет житья — придется сваливать отсюда. Но свой поганый след оставили! По разумению Ломова, нужно было бы примочить главаря банды и остальных, что ускользнули от спецназовцев, но Шишкарев прав: зачем убивать змею, если она уже ужалила?..
— Навести Арнольду шухер в «Радии»? — подсказал Хрущ.
Яков Раздобудько, развалившись в вертящемся кресле, нервно щелкал пальцами. Готовясь к политической деятельности, он приобрел для своего кабинета на Таврической улице темно-коричневую тройку: кожаный диван с валиками и два удобных кресла. Около десяти миллионов отвалил за эту роскошь. В углу, рядом с баром, красовался холодильник «Филипс», в котором всегда было импортное пиво, дорогие очищенные водки. АО «Светлана» приносило постоянный доход, на который не влияли никакие разборки с бандитами, политические интриги. Вот только в последнее время, после провала в Думу, Яков Петрович стал замечать, что его молодая жена красавица Светлана вроде бы охладела к нему: все чаще в постели отворачивалась к стенке, мол, не приставай, Яша, что-то я устала, не в настроении... А отчего, спрашивается, ей уставать? От езды на джипе с охранником по фирменным магазинам? Деньги она тратит не считая, подарки от него, Якова, получает на все праздники да в будни. Чего еще заевшейся бабенке нужно? Не учится, не работает. Насчет измены с ее стороны он не опасался: приставленный охранник сразу бы доложил. Нет, Светлана не помышляла заводить любовника... Хотя она и считала мужа бизнесменом, не могла не замечать, что вокруг него крутятся очень уж подозрительные личности с бандитскими рожами. Один Хрущ чего стоит! Светлана не раз говорила, что побаивается его помощника, мол, что-то есть в нем пугающее, особенно в холодных, жестоких глазах.