Но зато чуть позже, 20 февраля. Орлеанский Бастард захватил Шартр, прибегнув к военной хитрости: торговец рыбой из Орлеана под предлогом поставки горожанам соли и сельди сумел заблокировать подъемный мост городской стены при помощи тележек, в то время как французы, участники заговора, убирали людей, стоящих на страже у других городских ворот. Епископ Жан де Фетини был убит; жители города и часть гарнизона слушали в соборе проповедь монаха, являвшегося душой заговора: в тот же вечер Шартр сдался французам.
Через несколько месяцев герцогу Бедфорду пришлось снять осаду с Лани, важной крепости, перекрывавшей движение обозов по дороге из Парижа в провинцию Шампань. На праздник 15 августа он вернулся в Париж, "чтобы исповедаться", как говорили простаки. Еще через несколько месяцев, 14 ноября 1432 года, скончалась его супруга Анна, сестра Филиппа Доброго, герцога Бургундского, а она была его самым ценным помощником. Ей неоднократно удавалось сглаживать противоречия, возникавшие в англо-бургундском союзе, которых оказалось предостаточно. Горе Бедфорда не поддавалось описанию, однако это не помешало ему в начале 1434 года взять в жены дочь графа де Сен-Поля Жаклин Люксембургскую, а ей в то время было семнадцать лет!
Тем временем при французском дворе разворачивались важные события. Настоящая дворцовая революция: Ла Тремуй получил в живот удар шпаги, которая вошла в жир и ранила его не сильно. Нападение организовали три молодых человека – Жан де Бюёй, Прижен де Коетиви и Пьер де Брезе, действовавшие заодно с королевой Иоландой Сицилийской и ее дочерью Марией Анжуйской; все это произошло в Шиноне, в том самом замке Кульдрэ, где дофин принял Жанну четырьмя годами ранее. Тремуй был на некоторое время заключен в тюрьму, а затем получил приказ покинуть двор, в то время как Артур де Ришмон вновь снискал благосклонность короля: в королевстве начиналась фаза активной деятельности.
И давно бы так; годом позже англичане предприняли наступление на Мон-Сен-Мишель. Мессир Тома де Скаль имел в своем распоряжении значительное количество артиллерии. Поскольку из-за малой дальнобойности орудий он не мог нанести ущерба монастырю, то пытался хотя бы проделать брешь в городских укреплениях. Он уже было воткнул стяг с изображением лилий и леопардов на одной из крепостных стен, но Луи д'Этутвиль, защитник крепости, собственноручно вырвал его и бросил в крепостной ров. Через неделю предпринимается новый штурм крепости, да такой яростный, что жителям города пришлось укрыться в аббатстве; к ним присоединились монахи, чтобы сдержать натиск врага, так и не взявшего город. Англичане в беспорядке бежали… Туристам, каждый год идущим на штурм Мон-Сен-Мишель, но на этот раз штурм мирный, до сих пор показывают две бомбарды, оставленные на поле боя англичанами. На некоторое время англичане сумели укрепиться на островке Томбелен и продержались там до тех пор, пока Луи д'Этутвиль не выгнал их оттуда, а затем вновь овладел Гренвилем. Мон-Сен-Мишель был непобедим.
Французы берут инициативу в свои руки
В том же 1434 году взбунтовалась небольшая область Нормандии Бессен, не пожелавшая повиноваться герцогу Бедфорду, потребовавшему, чтобы Штаты Нормандии проголосовали за предоставление ему 344 000 ливров в виде налога. Провинция все больше страдала от разбоя на дорогах, с тех пор во французский язык вошло слово "бриган" ("разбойник"), от слова "бригандин" ("кольчуга"). Кольчугу носили бойцы. Этимология этого слова весьма показательна: войска все меньше подвергались контролю, от капитанов все меньше требовали отчета об их действиях, солдаты превращались в бессовестных грабителей и мародеров. Хронист Томас Базен запечатлел леденящие душу картины этого периода, когда в Нормандии никто не чувствовал себя в безопасности; крестьяне объединялись в отряды и стремились присоединиться либо к англичанам, либо к разбойникам. Герцог Алансонский с помощью Жана де Бюея безуспешно пытался осадить Авранш; через несколько дней ему пришлось снять осаду. С другой стороны, вылазка графа д'Арундела в районе Ко окончилась неудачей: его войска были полностью разбиты около Жерберуа Ла Гиром и Потопом де Ксентраем; раненый Арундел умер в плену в Бове.
Может показаться странным, что в это трагическое время город Орлеан поставил мистерию с участием горожан. У всех городских ворот возвели театральные подмостки. Был дан великолепный спектакль "Мистерия об осаде Орлеана". Ее текст сохранился. В списках городских расходов мы находим упоминание об участии в этом грандиозном театральном действе одного из соратников Жанны д'Арк, Жиля де Ре.