Энн ожидала её у машины.
– Ты же говорила, что все ноты у тебя в багажнике, – вскинув брови, напомнила она.
– Да, но эти я забыла забрать вчера, – пояснила Грейс и, коротко улыбнувшись, проследовала к багажнику, – Очень спешила домой.
– Оу, ясненько, – Энн открыла дверь к переднему пассажирскому и спряталась в салон от мелкой мороси, наполнившей собой воздух вокруг.
Дорога до Долан’з не заняла много времени. Грейс припарковалась неподалёку от входа и, достав зонт с заднего сидения, выбралась из машины.
– Тут где-то должен быть мой Карл, – когда они вошли сообщила Энн, оглядывая заполненное людьми помещение паба.
Грейс тоже принялась выискивать грузную фигуру и седую бороду Карла. Он обнаружился у бара.
– О, радость моя! – воскликнул Карл, подскакивая с места, – И ты тут! Брендан, гляди! – обратился к лысому товарищу справа, мирно потягивавшему эль из пинты, – Это моя Энн! И тебе, Грейси, привет! У вас тут девичьи посиделки?
– Психотерапевтический акт, предполагающий литры маргариты. Лиам, нам один кувшин ананасовой во-он на тот столик – обратилась Энн к бармену и, крепко обняв мужа, потянула Грейс за перегородку сбоку от сцены, – Брендан, салют!
Дружок Карла, поправив очки, блаженно улыбнулся ей и, махнув рукой, продолжил оживлённую беседу, в которую помимо Карла были вовлечены ещё несколько посетителей, сидевших за баром.
Сейчас на сцене возились технические работники. Один из них растягивал мотки проводов от усилителей и подключал их к гитарным педалям, другой устанавливал микрофонные стойки, третий настраивал сэмплер.
– Ого, сегодня предполагается нечто большое, – с удивлением протянула Энн.
– Ох, надеюсь, сюда не набежит толпа народу, – Грейс села в самом углу кожаного диванчика и, уложив сумку рядом, стянула с плеч макинтош.
– Ну, в случае чего, всегда можно сбежать, – Энн весело подмигнула ей, – Карл растолкает всех, стоит нам только свистнуть.
– Вы очаровательные ребята, – теплая улыбка возникла на её лице как-то сама собой.
– Ой, да брось! – отмахнулась подруга, – У нас, как и у всех, бывают взлёты и падения. Однако должна отметить, токсичная часть нашего дуэта в моём лице прекрасно понимает, что Карл – это просто зелёный флаг воплоти.
– Как ты поняла, что он именно тот, кто тебе нужен? – Грейс подпёрла подбородок ладонью и во все глаза уставилась на Энн.
– Хах. Ты же знаешь меня, я люблю во всём порядок и чёткое планирование. В общем, я составила список того, что ищу в мужчине. Ох, сколько же там было странных критериев.
– Например, каких?
– Навык приготовления завтраков, любовь к каламбурам, к Монти Пайтон, чистоплотность, раскрепощённость и полное равнодушие к любым изменениям в моей внешности. А ещё способность замечать во мне что-то такое, чего я сама никогда не знала, и артикулировать это не с позиции «сверху вниз», а на равных, – Энн уложила рядом с собой кожаную куртку и взяла со столика лежавшее у салфетницы меню.
– И что, Карл всему этому соответствует?
– На двести процентов. Настолько, что даже странно, поэтому первые десять лет совместной жизни я ожидала подвоха, – Энн покрутила в руках меню и, повернув голову к Грейс, спросила, – Ты хочешь есть?
– Да, я готова проглотить слона, – призналась она.
Очень скоро к ним подошла официантка и поставила на стол большой кувшин маргариты и два скруглённых бокала.
– Спасибо, Кэтти, – обратилась к ней Энн, – Не принесёшь нам ещё по бургеру?
– Конечно, Энни, – она достала из зелёного фартука на поясе блокнот и быстро записала заказ.
– Не откроешь нам секрет, кто играет сегодня? – вполголоса спросила у Кэтти подруга, кивнув в сторону сцены.
– Это сюрприз, – с хитрой улыбкой ответила официантка, – Менеджер исполнителя выкупил пространство на полтора часа, и в девять мы закроем вход, чтобы сюда не набилась хренова туча народу.
Лицо Энн удивлённо вытянулось, что, кажется, порадовало Кэтти. Когда официантка ушла, подруга наполнила бокалы и, протянув Грейс маргариту, произнесла традиционный тост на гэльском: