К сожалению, США и некоторые европейские правительства ухватились за разговоры о «зонтичном мандате», преуменьшая значение официальных запросов, поступавших от России в ООН в положенной форме. И это стало тормозом в развитии сотрудничества в области миротворчества, удобным аргументом в дискуссиях о реальной политике России.
В марте 1993 года IX внеочередной Съезд народных депутатов после неудачной попытки импичмента назначил референдум по доверию власти на 25 апреля. Было сформулировано четыре вопроса.
Доверяете ли вы президенту Российской Федерации Борису Ельцину?
Поддерживаете ли вы экономическую и социальную политику, проводимую президентом и правительством Российской Федерации с 1992 года?
Считаете ли вы необходимым проведение досрочных выборов президента Российской Федерации?
Считаете ли вы необходимым проведение досрочных выборов парламента Российской Федерации?
Перед референдумом сторонники Ельцина Геннадий Бурбулис, Егор Гайдар, Галина Старовойтова, Сергей Юшенков, Виктор Шейнис, Пётр Филиппов, Николай Волков и другие работали день и ночь, формулировали политические лозунги и выстраивали коалиции, мобилизовали активистов и организовывали митинги. Бывший министр печати Михаил Полторанин, получивший после отставки пост руководителя Федерального информационного центра России, проводил еженедельные совещания с большой группой журналистов, рассказывая им о нашей стратегии и отвечая на вопросы. Я сократил количество зарубежных поездок, чтобы участвовать в общей работе, и использовал свои медийные возможности для пропаганды главного лозунга референдума: «Да — да — нет — да». Это была своего рода подсказка правильных с нашей точки зрения ответов. На этом слогане строилась вся кампания поддержки референдума.
Наши усилия были не напрасны. Результаты референдума — более пятидесяти процентов ответов «да» на вопросы 1, 2 и 4, и всего около тридцати двух процентов на третий вопрос о досрочных перевыборах президента. Это была победа! Демократы настоятельно призывали Ельцина удвоить усилия, чтобы воспользоваться ситуацией и консолидировать народную поддержку, продвинуть вперёд реформы, принять новую конституцию. Она должна была обеспечить прочную основу и для досрочных выборов народных депутатов, и для создания демократических государственных институтов в соответствии с волей народа, выраженной в результатах референдума. Однако реальная политическая ситуация после референдума практически не изменилась. Парламент по-прежнему делал всё возможное, чтобы торпедировать волю проголосовавших.
Правда, Ельцин был в это время как-то недостаточно энергичен. Он, по-видимому, посчитал самым важным вопрос о доверии президенту. Между тем сторонники реформ связывали доверие президенту с поддержкой самого курса реформ, вопросом номер два. Именно эта связка давала возможность построить широкий фронт сторонников демократических реформ. Но, казалось, Ельцин не готов заниматься строительством такого фронта. Более того, он попытался использовать результаты референдума для усиления своей личной власти. Я это видел, но продолжал надеяться, что результаты референдума изменят политический климат в стране, и я смогу проводить прежний внешнеполитический курс.
Однако силы, которые объединились вокруг Скокова, продолжали гнуть свою линию. Уже в начале мая 1993 года они повели очередную атаку на независимость министерства иностранных дел. На этот раз она не ограничилась зонами конфликтов, а была нацелена против всей внешней политики Ельцина. Межведомственная комиссия по внешней политике под руководством Скокова представила проект под заголовком «Концепция внешней политики», в котором акцентировались трудности в отношениях с Западом в целом и с США в частности.
Ельцин наконец понял, что стоит за активностью секретаря Совета безопасности, 6 мая публично обвинил Скокова в нелояльности и через несколько дней уволил его. Однако многие люди Скокова остались в структурах власти и силовых ведомствах, продолжая его дело.
Мои позиции после отставки Скокова значительно укрепились. 12 июня 1993 года Ельцин пригласил узкий круг высших чиновников на неформальный ужин, чтобы отметить два события, происшедшие в этот день: в 1990 году Верховный Совет