Был прекрасный вечер. Мы наслаждались редким моментом расслабленного, неформального застолья с традиционными абхазскими и грузинскими блюдами и местным вином на открытой террасе с видом на море. Ардзинба и его жена мало отличались от моих знакомых московских интеллигентов. Они оба были кандидатами наук и раньше работали в научно-исследовательских институтах. Мы вспоминали моменты нашей московской жизни, и я не мог поверить, что этот человек возглавляет целую армию бойцов, среди которых остервенелые ультранационалисты и хладнокровные наёмники, готовящиеся к очередным массовым убийствам.
После ужина Ардзинба пообещал нам как своим друзьям, что он первым не нарушит перемирие с Грузией. Напомню, что, согласно кавказской традиции, обещание, данное под честное слово, имеет особый вес. Я отнёсся к тому, что он сказал, с доверием.
Но через три недели, 16 сентября, боевики Ардзинбы напали на грузин. Я подозревал, что это стало возможным при неофициальной поддержке российских военных. У меня были на то основания: тяжёлые вооружения, особенно артиллерия, находились на хранении у российских миротворцев. Выяснилось, что вооружения были возвращены только абхазам. Более того, им дали возможность беспрепятственно пересечь разделительную линию, патрулируемую российскими миротворцами. При таком одностороннем преимуществе они быстро захватили большую территорию и изгнали грузинское население. Были разрушены десятки грузинских домов, погибли люди…
В результате они полностью взяли под контроль территорию, которую ранее провозгласили независимой Абхазией, и обеспечили на ней своё этническое доминирование. До их нападения грузины составляли около половины населения этой территории. Грачёв отрицал, что дал согласие на одностороннюю поддержку, но, насколько я знаю, никто из генералов, командующих миротворцами, не получил от него взыскания.
После окончания боевых действий я облетел регион на вертолёте. Опустошение напомнило мне жуткие картины районов, подвергшихся этнической чистке, которые я наблюдал из самолёта в Боснии, — и тут, и там даже животные разбежались или были убиты. На обратном пути я сделал короткую остановку в городе, где находился штаб и российских миротворцев и сепаратистов. Разговаривал я, по понятным причинам, только с российскими офицерами и военнослужащими. Я чувствовал себя подавленным и обманутым лично. При встрече я отказался пожать руку Ардзинбе.
Грузинский президент Эдуард Шеварднадзе тоже прилетел в зону боёв и в Сухуми чуть не попал в плен к абхазам. По приказу Ельцина российские десантники спасли его, обеспечив безопасное возвращение в Тбилиси. Шеварднадзе попросил Россию сохранить свои миротворческие силы вдоль новой разделительной линии. Другого выбора не было.
В результате этих событий Запад окончательно отказался от миротворческих операций в районах конфликтов на постсоветском пространстве. Наши партнёры не желали делить с нами ответственность за прекращение огня. Надо сказать, что сомнения у них были и раньше. Во время нападения в Абхазии в регионе было только восемь международных наблюдателей вместо восьмидесяти восьми, предусмотренных планами Совета Безопасности ООН.
И это были наблюдатели, а не реальные миротворцы.
В своём выступлении перед Генеральной ассамблеей ООН 28 сентября 1993 года я подчеркнул, что Россия внесла серьёзный вклад в установление и поддержание перемирий в четырёх конфликтных зонах на постсоветском пространстве, а также в нормализацию и начало национального диалога в Таджикистане. Проблемы, с которыми Россия — и не одна Россия — сталкивалась в этих конфликтных зонах, были слишком важны, чтобы Запад мог конкурировать за сферу влияния или бездействовать, исходя из неосновательного предположения о неоимперских планах России. Я напомнил с высокой трибуны, что российские дипломаты приложили огромные усилия, чтобы добиться одобрения Ельциным прямых военных операций ООН в регионах, которые рассматривались многими в Москве как свой задний двор и соответственно — как сфера своего исключительного влияния. Однако Запад предпочёл отстраниться и критиковать, нежели участвовать в сложной работе на постсоветском пространстве.