Однажды, после долгого и тяжёлого дня, мы с помощниками сели поужинать. По телевизору шла новостная программа, а после неё блок предвыборной рекламы. Сначала шли ролики с популистскими обещаниями коммунистов и националистов. Следом — ролик «Выбора России». В нём успешная супружеская пара в своём просторном доме собиралась куда-то вместе с другой хорошо одетой парой, а маленький мальчик говорил породистой собаке: «Жалко, пёсик, что мы ещё маленькие и не можем пойти с ними голосовать за демократов!»
— Эта собака, — прокомментировал один из моих помощников, с которым мы весь день отвечали на тяжелейшие вопросы избирателей, — в день съедает больше мяса, чем большинство тех, с кем мы встречались, за месяц.
Я не мог с ним не согласиться. После впечатлений того дня меня тоже шокировала эта реклама.
Через несколько дней я встретил Гайдара и спросил его, почему для рекламной кампании выбрали такой ролик? Егор ушёл от ответа, а ролик продолжали крутить по всем каналам. И мне раз за разом приходилось объяснять моим будущим избирателям, что я не имею никакого отношения к этой рекламе и иду на выборы как независимый кандидат. Хотя ролик, возможно, и не сильно повлиял на голосование, он давал повод задуматься о том, способны ли в принципе российские демократы находить общий язык с людьми за пределами Москвы и Питера.
Проводя кампанию в Мурманске, я должен был учиться высказывать свою позицию просто и кратко. Это было особенно трудно, когда речь заходила о внешнеполитических вопросах. Традиционный язык дипломатии, уклончивый, богатый нюансами, содержащий больше намёков, чем прямых высказываний, здесь бы не сработал. Я это понимал.
Некоторые наблюдатели говорили, что моя кампания содержала элементы националистической риторики. Это, конечно, было не так. Но я действительно говорил о национальных интересах, которые людей волновали. Но от своих демократических взглядов не отказывался и обходился без популизма. Речь шла о некотором смещении акцентов.
Например, на международной конференции я говорил прежде всего о необходимости тесного сотрудничества с Западом для решения глобальных вопросов безопасности, о нераспространении ядерного оружия. А на предвыборном митинге делал акцент на необходимости добиваться поддержки Запада, чтобы убедить Украину отказаться от своих ядер-ных амбиций. Политика та же самая — акценты разные.
Особым испытанием для меня стала встреча с офицерами военно-морской базы в Североморске. Сначала настроение зала, заполненного тысячей военных, колебалось между нейтральным и недружественным. Перед выступлением я узнал, что единственной доступной газетой на базе была коммунистическая «Правда».
Я вспомнил встречи с военными в горячих точках и решил опереться на собственный опыт. Он подсказывал: с этими людьми нужно говорить прямо и честно. Поэтому я начал с самого главного.
— Знаю, что кое-кто называет меня «прозападным» политиком. Действительно, я уверен, что союз с Западом наилучшим образом отвечает интересам России, которые, разумеется, отличаются от интересов номенклатуры, правившей в бывшем Советском Союзе. Так что я «прозападный», потому что я «про-российский».
Зал молчал. Военные люди, они ценили открытый бой в споре, как и на поле битвы. Я продолжал:
— Важна суть, а не слова. А суть моей концепции — защита наших национальных интересов через расширение сотрудничества и построение союзов с западными странами. То есть с теми, которые традиционно называют западными, хотя крупнейшая страна этой группы, Соединённые Штаты, является, как и Япония, нашим восточным соседом. Что объединяет страны под названием «западные»? Демократия и рыночная экономика, которые обеспечивают высокий уровень жизни их народам. Я хочу, чтобы Россия продолжала свои радикальные реформы на пути к демократии и рыночной экономике, и в этом смысле я «прозападный». Вы знаете лучше, чем кто-либо, что у Америки и у НАТО первоклассные вооружённые силы. Ваш непосредственный противник — военно-морская база в Сан-Диего в Калифорнии. Я стараюсь реализовать программу обменов визитами между группами офицеров вашей базы и той. Те из вас, кто там побывает, обязательно заметят огромную разницу в уровне жизни между Сан-Диего и Североморском. Я горжусь, что в соревновании по служебным навыкам ваша команда недавно опередила американцев. Я мечтаю о том дне, когда мы также сможем гордиться, сравнивая условия жизни ваших семей и их. Вот что для меня значит быть «проамериканским».