— Давайте я повешу ваши куртки, — сказала Арлисс Джеку и Далтону, прежде чем проводить их в гостиную. — Располагайтесь, — велела она. — А я сделаю кофе.
— С удовольствием, — ответил Далтон.
Джек воспользовался возникшей паузой, чтобы оглядеться. Он не мог не признаться, что ему было интересно все, связанное с Мэри-Джо. Джек знавал многих женщин и планировал в ближайшие годы узнать их еще больше. Но никогда еще женщине, с которой он был знаком так недолго, не удавалось целиком завладеть его вниманием.
Последний раз, когда он всерьез увлекся женщиной, это кончилось печально. Сейчас обстоятельства были очень похожи на те, но в то же время сильно отличались от них. Ему надо расследовать поджог, а единственный свидетель пожара старается не встречаться с ним глазами.
Черт побери! Ему не хотелось, чтобы поджигателем оказалась Мэри-Джо. Но Джек слишком хорошо знал свою службу, чтобы не обращать внимания на очевидные вещи. Он должен выполнять свой долг, забыв о том, как хороша собой главная подозреваемая.
Джек окинул взглядом комнату.
Уютно, кругом мебель с обивкой в цветочек, много стекла, камин.
А на каминной полке — три флага Соединенных Штатов. Каждый был вставлен в треугольный стеклянный футляр, в основании которого была приделана латунная табличка. А в углу каждой таблички виднелась небольшая фотография мужчины. Нетрудно было догадаться, что это за флаги. Джек хотел было подойти поближе, чтобы изучить таблички повнимательнее, но тут Арлисс принесла кофе.
— Пейте на здоровье. А вот и Мэри-Джо.
Мэри-Джо действительно зашла в этот момент в гостиную. Арлисс передала каждому по чашке, предложила Джеку и Далтону сесть на диван, а сама уселась в кресло у камина. Она поднесла было чашку к губам, но тут же опустила ее на колени и влажными глазами посмотрела на Джека.
— Ты не представляешь, как я благодарна, мой мальчик…
И Мэри-Джо с удивлением увидела, как уже второй раз этот сильный и спокойный голубоглазый мужчина краснеет в ее присутствии. Джек кивнул, затем перевел взгляд на Мэри-Джо и произнес почти с издевкой:
— Это было не лишено удовольствия.
От звуков его низкого мелодичного голоса по спине Мэри-Джо побежали мурашки. Она не хотела этого. Она не хотела, не могла допустить, чтобы ей понравился человек с такой профессией. Это противоречило ее инстинкту выживания. Ведь она не мотылек, чтобы лететь на огонь.
Пожарники — такие же сумасшедшие, как копы. Еще хуже. Мэри-Джо не хотела больше иметь дела ни с теми ни с другими.
Отвернувшись, она подошла к окну.
— Так у вас были вопросы?
Джек заметил напряжение в голосе и позе Мэри-Джо.
— Да. У меня действительно есть несколько вопросов. — Поставив на столик чашку, он достал из кармана блокнот. — Вы не могли бы рассказать нам, как начался пожар?
Мэри-Джо села в кресло напротив дивана.
— Наверное, все дело в старом обогревателе, который Боб держит у себя под столом.
— Он был неисправен?
Мэри-Джо пожала плечами.
— Обогреватель очень старый. Бобу приходилось время от времени пинать его ногой, чтобы он включился или выключился.
Скрипя зубами, Джек сделал запись в блокноте. Сколько раз приводило к беде нежелание жителей Ту-Оукса расставаться со старым неисправным электрооборудованием! Так могло быть и вчера. Но Джек знал, что причиной пожара был вовсе не обогреватель.
— Ваша машина, — продолжал он, — вернее, машина вашей матери, стояла перед входом в магазин с работающим мотором.
— Да. Энди заходил ко мне после школы и забыл свой рюкзак. Я вспомнила об этом по пути домой.
— И вернулись?
— Да.
— Вы вошли через главный вход?
— У меня есть ключ только от одной двери. Я вообще не уверена, что существует ключ от черного хода. Мы никогда им не пользуемся.
Но, по словам Далтона, кто-то воспользовался именно задней дверью. Пусть Далтон сам решает, говорить ли об этом.
— Итак, вы вошли через дверь с улицы, прошли в офис, и там вас настиг огонь. Как это произошло?
Мэри-Джо вспомнила, как подбирались к ней языки пламени, и ее руки покрылись мурашками, на сей раз от страха. Но тем не менее ей удалось вполне спокойно пересказать все, что случилось вчера вечером.
— Я не думала, что это пожар, пока… О, совсем забыла! Ведь дверь в кабинет Боба была закрыта.