Жаркий Январь.
Ульяна Муратова
Глава 1
Делайла
Стрелка взъерошила синюю шёрстку и напряжённо затаилась, готовая кинуться на неподвижно лежащий на столе незнакомый предмет, так что я успокаивающе погладила свою боевую белку по загривку.
Глаза слипались от усталости, поэтому не сразу получилось сфокусировать взгляд. Что это? Не книга, не газета, не блокнот…
Ночью у племянника опять случился приступ, и мы с сестрой отпаивали его снадобьями, хоть и знали, что они не помогут. Но не сидеть же сложа руки? Вот и пытались хоть немного облегчить симптомы.
Болезнь Мике́я явно прогрессировала, и я оцепенело смотрела сквозь пространство, гоня от себя страшные мысли. Воинственная синяя белка тем временем подкралась к забытому последней покупательницей странному журналу и саданула по нему лапой.
Так его! А то разлёгся на прилавке…
— Стрелка, ты чего? — пробормотала я, опасаясь, что она поцарапает обложку, а нам потом придётся возмещать ущерб.
Денег и так ни на что нет — каждый грошик откладывается на артефакт, который мог бы вылечить Микея. Тот стоил баснословно дорого, но мы всё равно не опускали руки и смогли собрать уже треть нужной суммы. Лишь бы племянник каким-то чудом продержался ещё хотя бы год… А пока надо стиснуть зубы и продолжать в том же духе.
— Не трогай, это чужое. Наверное, госпожа Клёнтон забыла, — нарочито мягко проговорила я, подхватывая разбушевавшуюся Стрелку на руки.
Однако она уже настроилась на бой с неизвестным противником и смешно топорщила и без того огромный хвост.
— Ну всё, всё… Ты победила. Враг повержен и лежит бездвижно под гнётом собственного поражения, — ласково поддразнила я свою фамильярочку.
Тёмные бусины глаз смотрели настороженно: а вдруг обманом проникший на территорию семейной лавки журнал сейчас возьмёт и атакует? На прошлой неделе на нас со Стрелкой прямо среди улицы вероломно напал газетный лист, принесённый игривым ветром. С тех пор бумажным изданиям она не доверяла. Подозревала заговор.
Погладив свою синюю воительницу, я вернулась к прилавку и принялась расставлять по местам все флакончики и бутыльки, которые успела перетрогать и снять с полок последняя покупательница. Вечно недовольная госпожа Клёнтон приходила не столько за целебными снадобьями, сколько за порцией утреннего скандала, но мы её визиты терпели — деньги-то были нужны. Дойдя до забытого журнала, с любопытством глянула на обложку.
— Стрелка, ты видела? «Самые завидные холостяки Империи»! Да неужели?
Я со смехом фыркнула, представив, как монументальная госпожа Клёнтон на досуге полистывает календарь с мускулистыми красавцами, а потом идёт скандалить в ближайшую кондитерскую, потому что опять осталась без сладкого.
Надо будет рассказать сестрёнке. Она последние месяцы даже не улыбалась, что и понятно — племяннику становилось хуже с каждым днём. По прогнозам целителей дети с нестабилизированной магией могли дожить до пяти-шести лет, но Микею едва исполнилось три, а приступы случались еженедельно, и с каждым месяцем становилось очевиднее, что очереди на исцеление артефактом мы не дождёмся. Оттого отец и начал собирать деньги.
Однако заветный артефакт стоил непомерные девяносто тысяч, а мы смогли собрать лишь двадцать восемь. К несчастью, ни мы, ни муж сестры не могли похвастаться высокими доходами или обеспеченными родственниками.
Вопрос денег встал особенно остро последние пару месяцев, когда с наступлением холодов болезнь усилилась. Я горячо любила племянника, поэтому с радостью взяла на себя всю работу в семейной лавке — и торговлю, и изготовление зелий, и даже сбор нужных трав в лесу на рассвете. По вечерам падала с ног от усталости, но сестре приходилось ещё тяжелее — она неотступно следила за сыном и жила в жутком ожидании нового приступа, который мог стать последним.
Хотя надежда есть. Артефакт стабилизации магии у детей изобрели около сорока лет назад, и с тех пор конфликт даров перестал быть приговором. К счастью, это очень редкое заболевание свидетельствует о том, что Микей вырастет сильным магом или ведьмаком. Мысли о любом другом исходе я гнала прочь.
Жаль, что изготавливать артефакт стабилизации умели лишь единицы. Говорят, это крайне сложно. Я не могла судить — со своим ведьминским даром умела лишь варить зелья, да и то не всегда удачно. Стрелка не даст соврать.
Погладила свою фамильярочку по синей шёрстке и ласково похвалила:
— Вот и умничка, что успокоилась. А теперь беги узнай, как себя чувствует Микей.
Белка спрыгнула с рук, проскакала по прилавку, чуть скользя на гладком стекле, и, клацая когтями по деревянной лестнице, унеслась на второй этаж.
Хоть Стрелка и появилась у меня неожиданно и не так, как должны появляться фамильяры, но я всё равно искренне её любила. Да, она упала в чан с моим зельем, когда была ещё совсем малышкой. Да, я провела ритуал соединения, чтобы её спасти. Да, она не обладала магией или редкими способностями и даже не умела разговаривать, однако я ни о чём не жалела.
Благодаря тому, что упала Стрелка в зелье острого ума, столь востребованного у студентов в сессию, соображала она теперь отлично. И хотя поболтать мы не могли, но я научилась понимать свою белочку и без слов, а в случае крайней необходимости она могла и записку накорябать.
Кроме того, Стрелка была единственной синей и разумной белкой во всей Империи, о ней даже репортаж однажды делали в «Ведьминском вестнике», так что я ею гордилась, хоть одноклассницы и высмеивали за такую питомицу.
Прерывая мои мысли, белка стремительной синей волной стекла по лестнице и запищала, встав передо мной на задние лапки.
— Ещё спит? — поняла я. — Ну и хорошо. Илайла тоже спит?
Стрелка кивнула и принялась деловито осматриваться. Подхватила одну из склянок, которую я ещё не успела убрать, ловко взобралась на полку и поставила на место, а затем спрыгнула на прилавок и снова принялась изучать календарь.
Стрелкой её назвали не случайно — более подвижного и стремительного зверя представить невозможно. Белка приподняла первую страницу и сунула любопытный нос внутрь, а потом и целиком забралась так, что наружу теперь торчал один лишь пушистый лазоревый хвост.
— Ну чего ты? — ласково спросила питомицу, раскрывая календарь.
А затем шокированно замерла. С картинки на меня смотрел Мистер Январь — потрясающе красивый черноволосый мужчина, держащий в руках… заветный артефакт стабилизации магии!
Глава 2
Делайла
Я согнала Стрелку с календаря и жадно вцепилась в страницу с Мистером Январём. Эне́р Януа́р, маг, аристократ, проживает в столице. Конечно, где ему ещё жить, если не в Ма́йнбурге? До рези в глазах вгляделась в артефакт, что он держал в руке. Он один из тех, кто умеет их изготавливать?..
Прочитала описание. Убеждённый холостяк, один из самых известных артефакторов Империи, выходец из знатной семьи, больше всего ценит порядок и строго придерживается своего расписания. Хм. Оно и видно. Суровый взгляд, упрямо сомкнутые губы — перед таким наверняка все ходят по линеечке.