Стало как-то неловко, что я его отвлекаю от работы. И вообще, свалилась как снег на голову со своими тапками.
— У тебя еда не прокиснет? — спросила я, просто чтобы не молчать.
— Не успеет, я быстро.
— А за долгую доставку не оштрафуют?
— Могут.
— Тогда какого черта ты тут сидишь со мной?!
— Успокойся, а? Моё дело. Хочу и сижу.
Он вложил край полоски между подошвой и стелькой, промазав нужное место клеем, и с силой прижал весь этот бутерброд.
— Долго ждать? — спросила я.
— Не знаю, обычно я не ремонтирую босоножки бедовым девицам.
— Я, вообще-то, не просила, — пробурчала в ответ обиженно.
— А жаль.
Странно. В интонации не было язвительности, только реальное сожаление. Я даже скептически покосилась на одногруппника, проверяя, не показалось ли мне. Хм… Серьезный, даже не лыбится.
Возникла неловкая пауза, но на разговоры меня больше не тянуло. Чтобы чем-то занять руки, я достала телефон и с дико заинтересованным видом принялась листать мессенджер.
Минуты через две голос решил подать Егоров:
— Что делаешь завтра вечером?
Эм… Что?! Он хочет куда-то пригласить меня?! Или… опять готовит очередную шуточку.
— Не загадываю так надолго, — типа сострила в ответ.
— Пошли на танцы?
Танцы?! Не клуб, а именно «танцы»? Что за нафталиновое слово? Ну точно! Очередная подколка. Соглашусь, и начнется.
— Не, Егоров, «танцы» — это не моё, — и тут же поспешила сменить тему: — Что там туфля? Готово?
Макс молчал и продолжал сжимать мою обувь с хмурой миной. Правда, потом все же снизошел до ответа:
— Лучше еще минут пять подержать. На, — он сунул пантолету мне в руку, при этом надавливая моими же пальцами на склеенное место. — Держи крепко. А я, пожалуй, все же отвезу еду заказчику. Вдруг в эту самую минуту он умирает от голода.
Обиделся, что ли? Так резко надел свой короб и вскочил в велик, будто не возился тут со мной минуту назад.
— Ладно, адьёс, — кинул на прощанье и погнал в сторону ближайшей высотки.
Ну и что это было?
Я выждала положенных пять минут, надела многострадальную туфлю и попробовала пройтись. На удивление, держалось крепко и выглядело вполне прилично. Сначала я направилась в сторону дома, но когда прошла шагов десять, передумала. Обувь в порядке, можно и сразу к метро. И благодарить за это я должна Макса.
*
На следующий день я уже готова была молиться, чтобы прогноз погоды оправдался, и обещанный дождь все-таки пошёл, но, видимо, синоптики опять что-то напутали, и аномальная жара продолжала властвовать над городом. Из дома я выползла около пяти вечера, но только для того, чтобы по-быстрому купить квас для окрошки и снова вернуться в прохладную квартиру. Все-таки сплит-система — великое изобретение человечества.
У входа в супермаркет я встретила одногруппника Ваньку Чусова. Он с кислой физиономией стоял в тени здания и пересчитывал монеты на раскрытой ладони. Правда, заметив меня, тут же оживился:
— Арин, займи пятихатку до вторника, — без лишних прелюдий перешел он к делу.
— Что, опять всё на клубы и девчонок спустил? — ухмыльнулась я. — Не по средствам живёшь, Ваня.
— Ну так. Когда еще отрываться? На пенсии, что ли?
— Мог бы тогда на работу устроиться, вон всё лето впереди.
Чусов скривился, словно лимон проглотил:
— Работать?! Без образования? Кем?
— Ну, не знаю. Курьером, например.
— В такую жару?! — Ванька смешно выпучил глаза. — Сдохнуть можно. Нет уж. — А потом его голос снова стал заискивающим: — Ну так что, займешь?
— Не-а, у меня всего сотка. Я вышла исключительно за квасом.
И только я собралась зайти внутрь магазина, как рядом послышался знакомый голос:
— Привет, молодежь. Чего кучкуемся?
Егоров. Сегодня он выглядел совсем по-другому. На нем были светло-серые бермуды, широкая белая футболка, кепка и темные очки. Весь такой модный и уверенный в себе.
— Макс, займи пятихатку, — с ходу взял быка за рога Ванька.
— Чтобы на троих сообразить? — рассмеялся Егоров. — Ладно, сейчас.
Он запустил руку в карман и вытащил купюру.
— Ты меня спас, дружище, — начал растекаться лужицей Ванька. — Во вторник отдам, стопудово.
— Но третьего ищите кого-нибудь другого, — продолжил свою шутку Макс. — Тороплюсь.
И он пошел дальше веселой походкой, разве что не пританцовывая на ходу.
— Вот у кого жизнь удалась, — тихо пробубнил Ванька. — У родаков куры денег не клюют.
— С чего такие выводы? — начала я почему-то раздражаться.
— Не видно, что ли? То кроссы новые, то телефон последней модели. Не с неба же падают.
Зарабатываются, Ваня. Без образования и да, по такой вот жарище.
— Не с неба, это уж точно, — сказала я Ваньке и кинулась вслед за Егоровым.
— Максим, подожди! — окрикнула я, и Егоров, остановившись, повернулся в мою сторону.
Он терпеливо подождал, пока я приближусь, а потом вопросительно вскинул бровь.
— Слушай, это… — начала я неуверенно. — Если предложение сходить на танцы еще в силе…
И замолчала, не зная, как продолжить.
— Это же «не твоё», — напомнил Макс.
— Ну… надо же выходить из зоны комфорта. Для саморазвития, так сказать.
— Ну раз для саморазвития, — с важным видом произнес Егоров и взял меня за руку. — Тогда пошли.
— Прямо сейчас?!
— Да, а то не успеем. Начало в шесть. В парке сегодня пенная вечеринка. Будет весело.
Черт, я же не готовилась! Не наряжалась и даже не красилась, и… хрен с ним! Кто там что увидит в этой пенной кутерьме?! А Максу, похоже, по барабану.
*
А пантолета все-таки отклеилась. И потерялась где-то в толпе. Но мне уже было все равно, мы танцевали как сумасшедшие, смеялись и… целовались.
И даже не заметили, как с неба хлынул обещанный синоптиками дождь.