- Хорошо. Спасибо! – Я отключилась, прежде чем он смог поинтересоваться, как дела у Рома.
Ладно. У меня было в запасе примерно полчаса, так как я не хотела, чтобы другие агенты встретились с Жан-Люком. Далеко не все такие великодушные, как я. Правда, я не утверждаю, что окончательно простила его. Разумеется, я могла бы солгать по поводу его имени, но со временем кто-нибудь выяснил бы правду, и тогда в тюрьму отправилась бы я. Нет уж, благодарю, у меня есть работа. Нужно спасать других людей.
Значит, надо найти заводилу с веснушками. Мэтью. Я сунула телефон в карман и пошла в ванную, схватив со стола стакан и тряпку. Наполнив стеклянную емкость горячей водой, я вернулась в комнату и обливала кипятком замороженные лица мужчин, немного подтапливая лед, пока не увидела веснушки полумесяцем. Мне все еще везло, так как этот братец лежал на кровати, что упрощало мою задачу.
- Давай начнем допрос, - пробормотала я и вылила еще немного горячей воды на лицо Мэтью, стирая иней тряпкой.
Понадобилось восемь стаканов кипятка, чтобы растаял последний слой вокруг глаз и челюсти моей жертвы. К тому времени я сидела на его груди и успела вспотеть, но Мэтью наконец очнулся.
- Ч-что с-с-случ-чил-лось? – спросил заводила, стуча зубами.
- Я случилась. Теперь моя очередь задавать вопросы. Ты похитил Рома Мастерса, поэтому сейчас скажешь мне, где он, или умрешь.
- Я-я н-нич-чего т-те-б-бе не с-ска-жу.
- У меня мало времени, и чем дольше ты отвечаешь, тем сильнее я злюсь. Не знаю, говорила ли тебе Осушительница, но я управляю четырьмя стихиями, включая огонь. Когда я в ярости, то сжигаю все вокруг. Так что либо ты остаешься в этой ледяной оболочке, либо почувствуешь, как твоя плоть плавится до самых костей. Выбор за тобой.
Он стиснул губы, но в глазах его плескался страх.
В этот момент в комнату, словно к себе домой, влетел Жан-Люк. Кто бы мог подумать, что я так ему обрадуюсь? Как и вчера, использование способностей истощило меня. И адреналин потихоньку схлынул, так что у меня оставалось совсем мало времени.
- Слава Богу! – выдохнула я.
Жан-Люк не согнулся пополам от боли, значит, я успешно отключила прибор, заставлявший его страдать.
Лицо моей жертвы было синим с красными прожилками. Заметив бывшего друга, Мэтью вздрогнул.
- П-прос-сти, п-прият-тель. Н-не х-хотел т-тебя подс-став-лять, н-но…
- Но жадность взяла верх. Дай мне пять минут, и я получу всю нужную нам информацию, - попросил меня Жан-Люк, не сводя глаз с кровати.
Черные глаза злодея метались с Мнемомэна на меня и обратно.
- Жан-Люк, п-прият-тель, ты ж-же з-знаешь, я…
- Не надо! Я просил тебя о помощи, а ты что сделал? – От боли и обиды из-за предательства, прозвучавших в голосе М-в-квадрате, у меня заныло в груди. – Когда-то я бы принял пулю за тебя. А теперь я на стороне Белл, и она получит желаемое. Для нее я готов на все. – Он коснулся кончиками пальцев лица Множителя – и пропал без следа, словно его и не было. От Жан-Люка остался только запах.
Я, вытаращив глаза, поняла, что с Ромом, должно быть, все происходило так же.
Несколько минут спустя Жан-Люк появился в том же месте, причем с таким видом, словно просто прочитал газету.
- Я ничего не забирал, а только посмотрел, чем он занимался последние несколько дней, – словно прочитав мои мысли, пояснил Мнемомэн. – Ром в соседней комнате. Они вкололи ему его собственное успокоительное.
Хм, что?!
- Повтори!
- В соседней комнате. – С печальным видом Жан-Люк кивнул подбородком в нужную сторону. – Клянусь. Он жив, но без сознания.
«Все слишком просто!» – раздался крик в моей голове.
По моему лицу М-в-квадрате понял, о чем я думаю.
- Ты считаешь, что это ловушка, но ошибаешься. Мэтью спешил, боясь, что его поймает ПИР, и не знал, что делать. Он решил держать пленника при себе. – Мнемомэн, прищурившись, смотрел на соседнюю дверь.
- Чтобы мне было спокойней, наставь на Множителя пистолет, - попросила я помощника. Вскочила на ноги и на подгибающихся коленях направилась к межкомнатной двери. Я даже рассчитывала, что она будет заперта, но ручка легко повернулась. Дрожа, я покрепче сжала рукоятку кинжала, который взяла с собой.
И от волнения даже слегка его заморозила.
Сглотнув, я распахнула дверь. Заскрипели петли, и я вошла в темную комнату. Пройдя пару сантиметров, застыла и прислушалась. Навострила уши, услышав тихое, спокойное дыхание.
Ощупывая стену, я держала нож наготове. Наконец я нашла выключатель, зажгла свет – и увидела Рома. На подгибающихся ногах кое-как сумела дойти до края кровати и со стоном повалилась рядом с любимым.