– Как думаешь, они целуются?
– Даже если и так, то Рому это не слишком нравится. Я в этом уверен. Он однолюб, и ты - его единственная женщина. Рано или поздно он это поймет.
Мне очень хотелось, чтобы это случилось поскорее. Я даже не представляла себе, что могу сотворить, если узнаю, что они с Лексис переспали. И я не была уверена, что смогу простить, даже принимая во внимание все эти долбаные обстоятельства.
– Если бы я был джентльменом, – заявил Коди, беря меня за руку и целуя костяшки пальцев. – Я бы подарил тебе французский поцелуй, а потом немного приударил за тобой. И если бы ты захотела, – а, судя по твоей беседе с Ромом, ты жаждешь сексуального удовлетворения, пресыщения до потери дара речи, – я бы уложил тебя в кровать. Уверяю, ты не сожалела бы об этом, а Ром бы просто взбеленился от ревности.
Я фыркнула, высвобождая руку. По-видимому, Коди не позволит мне забыть о том, что я наплела в комнате для допросов.
– Ты сделал бы это, если бы был джентльменом?
А что тогда могло произойти, окажись Коди хулиганом?
Он улыбнулся:
– Но я не такой, поэтому не стоит об этом даже толковать и дарить тебе ложные иллюзии. Давай поговорим о твоей подруге Шерридан.
Чего-то подобного я и ожидала с того момента, как заметила взгляд Коди, обращенный на Шерридан, когда мы находились в кабинете Джона. Повернувшись к нему, я скрестила руки на груди и приготовилась выступить в интересах своей подруги:
– Тебе нравятся женщины, которые требуют постоянного внимания?
– Нет.
Я так и знала. Познакомившись с Коди несколько месяцев назад, я имела возможность понаблюдать, как развиваются его отношения с противоположным полом. Он флиртовал только с теми, кто хотел просто хорошо провести время, и старался избегать тех, кто рассчитывал создать семью и обзавестись домом.
– Тогда держись подальше от Шерридан. Она именно такая, причем до мозга костей.
Склонив голову на бок, он внимательно посмотрел на меня. И даже оперся бедром о стол, словно приготовился к долгому разговору.
– А почему она стала такой?
Я пожала плечами:
– Я уже тебе говорила, что у нее было паршивое детство. И это действительно так. Только больше я тебе ничего не скажу.
Слово «паршивое» не совсем подходило для описания злоключений Шерридан. Почти всю жизнь ее не замечали, поэтому, даже повзрослев, она отчаянно нуждалась во внимании и заботе. Я не видела в этом ничего плохого и любила ее всеми фибрами души, вот только некоторые мужчины терпеть не могли подобное поведение.
Впрочем, мне показалось, что Коди не выглядит особо напуганным подобной перспективой.
Я продолжила:
– Хорошо, я сейчас расскажу тебе еще кое-что. Я могу себе представить, как будут развиваться ваши отношения. Ты переспишь с ней, а затем бросишь, потому что не захочешь ответственности, а она прибежит ко мне и попросит прикончить тебя. Я ее подруга и поэтому не смогу отказать. И только попробуй сказать, что я не права.
Он нахмурился:
– А что, похоже, будто я собираюсь что-то опровергать? Во-первых, большинство девушек действительно хотят меня убить, когда мы расстаемся, потому что они уже не смогут получить огромное удовольствие, лишающее дара речи. А во-вторых, у меня нет дома, потому что я не могу оставаться долго на одном месте. И в отношениях с девушками у меня есть правило «минимум-максимум-три-свидания».
– Минимум-максимум?
– Ни больше, ни меньше.
Ладушки. За всю свою жизнь я видела несколько мужчин, избегающих серьезных отношений, но Коди… да это ни в какие ворота не лезет.
– Но почему именно три свидания?
– После первой встречи всегда хочется большего. Ты можешь думать только об одной девушке. О той, которая ускользнула. После второго свидания спадают розовые очки, но это ничуть не портит секс. После третьего свидания мелкие недостатки становятся заметнее, и влечение сходит на нет. И вот ты уже свободный человек.
Я долго смотрела на него, а затем удивленно покачала головой:
– Боже, как все запущено.
– Но я же такой симпатяга, поэтому…
– Понятно. – Именно благодаря его внешности он и пользовался таким успехом у дам. Я перевела взгляд на потолок.
– В общем, когда ты бросишь Шерридан, она решит, что сама во всем виновата. – Обычно я не обсуждаю проблемы подруги без ее ведома, но сейчас у меня просто не было возможности спросить у нее разрешение. Нужно было пресечь их отношения в зародыше. Я не могла позволить Коди заинтересоваться ею, а Шерридан уже пора выбираться из своего счастливого уголка, иначе мне самой понадобиться отпуск от реальности. – Она не сможет это правильно понять. В детстве она во всем винила себя. Растение умерло оттого, что она слишком часто его поливала. Получила плохую оценку за сочинение потому, что недостаточно старалась. Ее папаша завел интрижку – это Шерридан его оттолкнула.