Наконец, я разделась до белья и натянула платье шоколадного цвета на тонких бретельках, с приталенной талией и юбкой солнце-клеш, которое считала слишком вычурным для офиса. Я надеялась, что в таком платье буду похожа на греческую цыпочку. У меня не нашлось бюстгальтера без бретелек, а выглядывающий белый хлопковый лифчик вряд ли добавлял сексуальности моему наряду - «ты-видишь-кое-что-запретное», а скорее наоборот - «бабуля-наряжалась-впотьмах».
На ноги я надела блестящие коричневые сандалии с лентами, завязывающимися на икрах. Сняла резинку и распустила волосы (мне нравилось считать их шелковистыми), точно струи блестящего каштанового водопада. Прямые, доходящие до середины спины пряди – Рому нравится пропускать их между пальцами. Или, скорее, нравилось. Проклятье. У Лексис тоже длинные волосы, так что в этой области мы с ней будем наравне.
Расправив плечи, я посмотрела на себя в зеркало в полный рост. Неплохо. Даже очень мило. И уж точно элегантно.
- Это война, и Лексис в ней проиграет, - заявила я своему отражению.
Переложив все содержимое моей сумочки в другую, красивее, - нужно, чтобы все вещи у девушки сочетались, - я выплыла из комнаты, готовясь к предстоящей битве. Таннер уже ждал меня возле входной двери, прислонившись спиной к стене.
Он окинул оценивающим взглядом мой наряд и одобрительно кивнул:
- Секси. Твои торчащие соски та-ки-е твер-р-дые.
Улыбнувшись, я шутливо ткнула его кулаком в живот. Услышать подобное от Таннера все одно, что получить высочайшее одобрение. К тому же он говорил как прежний Таннер: счастливый, озабоченный мальчишка, которого я знала и любила, а не печальный побитый щенок, на которого он стал похож в последнее время.
- Мне нужен мобильник, - пробормотала я, бегом возвращаясь обратно в спальню. На небольшом черном устройстве в верхнем правом углу вспыхивал красный огонек, видимо, я как-то умудрилась пропустить звонок. Быстренько проверила журнал вызовов. «Боже, только не это», - подумала я, мысленно застонав. Свадебный кондитер. Может, стоит с ним переговорить? Но, черт возьми, если я это сделаю – мне придется отменить заказ, а этого я не хотела. Он готовил обалденный шоколадный торт, по вкусу сродни чему-то, свалившемуся прямо с радуги в небесах. Этот торт был очень популярен. Через пару мгновений после того, как я аннулирую заказ, кто-то другой займет мое место.
Подойдя к Таннеру в прихожей, я мысленно пообещала себе перезвонить кондитеру, а также в магазин свадебных платьев и попытаться уговорить их перенести примерку на новую дату.
Таннер открыл входную дверь, и я проплыла мимо него. Вернее, попыталась, но споткнулась о коробку… шоколадных конфет. Нет, о три коробки, поставленные друг на друга и напоминавшие торт, который я себе только что представляла. Конфеты были упакованы в золотую фольгу и перевязаны подарочной лентой, под бантом которой лежала карточка отправителя.
- Неужели ты и в самом деле такая неуклюжая? – спросил Таннер.
- Да. – Меня окутал теплый, влажный воздух, солнце обжигало обнаженные плечи и руки, а я, замерев, продолжала таращиться вниз на коробки. «Идиотка! Проверь их». С бешено колотящимся сердцем, я раскрыла карточку и прочитала: «Нет ничего слаще тебя, но я надеюсь, что эти конфеты доставят тебе удовольствие. Твой поклонник».
Снова не назвался.
Значит, их прислал не Ром. Моя тайная надежда, что он вдруг вспомнил меня и решил возобновить наши романтические отношения, снова разбилась вдребезги. Я готова была зашвырнуть эти конфеты в другое измерение.
- Сначала цветы, теперь конфеты, - констатировал Таннер. – Этот парень на самом деле хочет пробраться в твою постель.
- Да заткнись ты! Не у всех мужчин один лишь секс на уме.
- Если мужик не думает о трахе, значит, он мертв.
Может быть, намерения этого человека и не были такими уж честными, подумала я, вспоминая о страхах, мучивших меня прошлой ночью.
Таннер скрестил руки.
- Так, а теперь мне хотелось бы узнать, кто, черт возьми, от тебя в таком восхищении.
- А что, мной невозможно увлечься? К твоему сведению, некоторые мужчины считают, что я очень даже ничего, - обиделась я, не обращая внимания на то, что сама подумывала как раз об этом. Схватив коробки, я прижала их к груди, решив, что нужно найти ответы на все мои вопросы. Что, если где-то неподалеку была установлена камера, и кто-то следил за моими передвижениями? А вдруг эти конфетки отравлены?
- Я не об этом говорил, Вайпер, так что спрячь свои коготки. Ты помолвлена, а знакомилась в последнее время лишь с парапрестами.
И хотя наши мысли совпадали, я все же возразила: