— Сдавайся. Иначе сдохнешь.
Имперец был чертовски прав, но я все еще не был готов смириться с поражением, сдаться на милость победителей и оказаться в роли пленника. А здравый смысл подсказывал, что гораздо лучше сложить голову здесь и сейчас, нежели оказаться в пыточных застенках.
— Ты уже проиграл. Будь умнее.
Я на мгновение прикрыл глаза, вспомнил бесконечные уроки фехтования, залитый кровью песок, ехидную усмешку Зулара — и опять шагнул вперед. Выдернутый из ножен меч столкнулся с клинком противника и ушел в сторону, левая рука ощутила вспышку боли, враг торжествующе оскалился, но тут пои пальцы вцепились в кожаный рукав его куртки, а божественная сила вырвалась на свободу, закончив поединок.
— Хитрый, сволочь, — пробормотал я, ощупывая кровоточащее плечо и с ненавистью рассматривая валяющийся на полу кинжал. — Сучара…
— Помогите!
Времени для отдыха не оставалось — издалека уже доносился металлический лязг и топот бегущих на помощь своим товарищам солдат. Я шепнул еще одно ругательство, со всей возможной скоростью взлетел по каменным ступенькам и остановился, пытаясь сообразить, что делать дальше. Взгляд зацепился за прислоненную к стене решетку, но надежда оперативно перекрыть лестничный проем тут же рассыпалась в прах — металлические прутья обвивала толстая черная цепь с огромным ржавым замком. Чтобы ее сломать, моих сил было явно недостаточно.
— Блин…
Как и в северной крепости, здесь на втором этаже располагался склад оружия и амуниции — вокруг пылились ряды длинных ящиков, пузатые бочки, а также связки копий. К сожалению, закрыть всем этим добром здоровенную дырку не представлялось возможным.
— Где эта сволочь? — послышался снизу чей-то озлобленный вопль. — Где?!
— Лейтенанта убили!
— Там кровь! Он наверху!
Отступать дальше уже не имело смысла — я помнил, что на третьем этаже построенной по такой же схеме крепости отсутствовали какие-либо оборонительные сооружения. Значит, начинать бой следовало именно здесь.
Самый рьяный из моих преследователей высунулся из лестничного проема, но получил удар мечом в глазницу и свалился обратно, теряя по пути части экипировки. Раздалась новая порция ругани, о стену ударилось несколько выпущенных сгоряча стрел, а затем возникла тревожная пауза. Идти на приступ больше никто не хотел.
— Он там один, — послышался начальственный рык. — Вперед!
Дисциплина сыграла свою роль — снизу донеслось осторожное пыхтение, а затем я увидел двух прикрывавшихся щитами солдат, вслед за которыми двигались еще человек пятнадцать. Спустя мгновение в паре сантиметров от моего лица промелькнула стрела и я рефлекторно отдернулся.
— Мы его завалим, — явно подбадривая самого себя, крикнул какой-то боец. — Быстрее! Сюда!
Над проемом показался край щита, из-за него выглянула толстая бородатая рожа, я попытался ткнуть ее мечом, но враг ловко уклонился, чуть не зажав опрометчиво выставленный вперед клинок.
— Бей его!
Толпа солдат дружно бросилась вперед, я выплюнул черное проклятие, а затем рванулся навстречу, одновременно с этим призывая силу богини. Сшибка произошла на самом верху лестницы, передо мной тут же возникли чертовы щиты, рядом с ногой мелькнул короткий широкий меч, но затем выплеснувшийся на свободу оранжевый туман начал забирать души и активное сопротивление тут же прекратилось.
— А-а-а!
— Вперед, вперед!
— Дави его!
— А…
— Это маг! Стреляйте!
Напиравшие снизу воины еще секунд десять упорно лезли вперед, подставляя своих товарищей под губительную ауру, однако в конце концов вся толпа разом отхлынула, а я едва не свалился вниз, лишь каким-то чудом успев схватиться за край проема и удержать равновесие.
— Стреляй!
Плечо обожгло болью, над головой свистнула длинная толстая стрела, но на этот раз у меня получилось отделаться легким испугом — пока лучники брали верный прицел, я успел скрыться из их зоны видимости. Воцарился некий паритет — окопавшиеся внизу враги считали убитых друзей и поливали меня грязными ругательствами, я же пытался заткнуть обрывками рубашки полученные только что раны и зорко следил за лестницей. Обострять ситуацию никому не хотелось.
— Тебе все равно не жить, — громогласно заявил какой-то доморощенный переговорщик, благоразумно не показываясь мне на глаза. — Спускайся или сдохнешь!
— На хрен пошел.
— Сдавайся, хельгинец. Наши ребята уже здесь.