Дорога вниз была крутой и скользкой. Один раз он чуть не упал, поскользнувшись на красноватом мхе, покрывавшем камни. Этот мох был повсюду в окрестностях кратера — на деревьях, на земле, на валунах. Роман заметил, что он слабо светится в темноте — тусклым красноватым свечением, напоминающим отблески углей в потухающем костре.
Выбравшись из зоны красного мха, Роман вышел на лесную тропу. Здесь природа выглядела более привычной — обычные деревья с обычными листьями, тронутыми осенним золотом. Обычные звуки ночного леса — уханье совы, шорох мелких животных в подлеске, потрескивание веток под легким ветром.
Он шел быстро, не чувствуя усталости, словно энергия от контакта со сферами все еще питала его тело и разум. Компас-детектор в его руке светился мягким светом, указывая путь.
Ночь была ясной и холодной — типичная осенняя ночь в средней полосе России. Звезды казались особенно яркими, словно их свет усилился после ухода инопланетных сфер. Или, может быть, Роман просто стал острее воспринимать красоту мира, зная, что теперь у человечества есть шанс на спасение.
Он шел и думал о всех, кого встретил на своем пути. О Михаиле и детях из лагеря «Сосновый бор». Об отце Анатолии с его спокойной верой и мудростью. О тех безымянных людях, мимо чьих домов и могил он проходил. Все они заслуживали второго шанса. Все они заслуживали мира, в котором можно было бы жить, а не просто выживать.
А еще он думал о тех, кого потерял. О Яне, которая отдала свою жизнь, чтобы он мог сбежать и найти путь к спасению. Об Алексее и Марине, которые поверили в него и дали ему координаты Убежища. О родителях, чья судьба осталась неизвестной, но чья любовь продолжала жить в его сердце.
«Я не подведу вас, — мысленно обещал он им всем, живым и мертвым. — Я найду способ спасти то, что осталось от нашего мира».
С этой мыслью он продолжал путь через ночной лес, к первой точке на своей новой карте, к первому человеку, которого предстояло спасти.
ГЛАВА 1. Возвращение на пепелище
Роман крепче сжал руль велосипеда, преодолевая очередной подъем. Старенький советский "Урал" скрипел, но держался достойно — отец Анатолий не соврал, когда говорил о его надежности. Задний багажник был нагружен рюкзаком и несколькими самодельными тканевыми сумками — весь нехитрый скарб, с которым Роман отправился на поиски Убежища.
Было раннее утро. Солнце только начало подниматься над верхушками деревьев, окрашивая осенний лес в золотистые оттенки. Прохладный воздух обжигал легкие, но Роман не замедлял темп — внутренний жар, вызванный встречей с «наблюдателями», еще не остыл.
Компас-детектор, спрятанный во внутреннем кармане куртки, приятно грел кожу через ткань рубашки. Странное устройство пульсировало, словно было живым, с каждым ударом посылая волну тепла. Роману казалось, что это тепло распространяется по всему телу, наполняя его энергией и решимостью.
Он вернулся на ту же лесную дорогу, по которой несколько дней назад двигался к Убежищу — опустевшему, разрушенному, залитому красноватой водой кратеру, где вместо спасения нашел встречу с инопланетными существами. Теперь Роман ехал обратно, к станции, к отцу Анатолию, неся с собой невероятные новости и странное устройство, показывающее путь к иммунным — избранным, которым, если верить «наблюдателям», предстояло стать основой нового человечества.
Эйфория, охватившая его сразу после контакта, постепенно отступала, сменяясь более трезвым анализом произошедшего. По мере удаления от кратера Роман все яснее осознавал необычность и неоднозначность своей новой миссии.
«Почему именно я?» — этот вопрос, заданный «наблюдателям», не давал ему покоя. Их ответ — про его стремление к ответам, про риск ради других, про сохранение веры в лучшее — звучал слишком расплывчато. Слишком... удобно.
Как они узнали о нем? Откуда знали его имя? И почему появились именно тогда, когда он нашел кратер? Случайность? Или они следили за ним все это время? А может, и не только за ним?
Велосипед подпрыгнул на очередной выбоине, вырывая Романа из потока мыслей. Дорога становилась хуже — корни деревьев вспучивали землю, трещины расползались, как паутина.