– Стойте и не шевелитесь! – последовал приказ.
Юноша замер, почти с радостью. Не слишком-то хотелось выглядеть неуклюжим в глазах этой красавицы. Судя по шороху и шелесту, которые раздавались за его спиной, Сабина переодевалась. Мэл постарался не дать волю фантазии. Наконец последовал новый приказ:
– А теперь помогите мне!
Переваливаясь, как утка, он повернулся к женщине всем корпусом, и вихрь запоздалой игры воображения потянулся за ним, как шлейф атмосферы, мчащейся по орбите планеты. Реальность оказалась куда прозаичнее. Сабина предстала перед ним закованной в точно такой же скафандр, в каком бултыхался он. Мэл увидел только ее носик, напряженный взгляд и светлую прядку.
– Что я должен сделать?
– Захлопните ранец и поверните вниз, до упора, красный рычаг.
Он медленно обошел спутницу, поднял тяжелую, словно рыцарская десница, руку и замер, разглядев в закругленной раме скафандрового ранца трогательные в своей беззащитности обнаженные женские лопатки.
– Ну что вы там копаетесь? – капризно осведомилась Сабина. – Закрывайте уже! Мне холодно.
Облаченные, они вошли в короткий тоннель, и за ними медленно сомкнулись бронированные ворота. Взвихрились редкие пылинки и втянулись в частые решетки под сводчатым потолком. Отворились ворота с противоположного конца тоннеля. Сабина показала рукой, чтобы Мэл следовал за ней. Десяток шагов по рубчатой поверхности пандуса – и они оказались в безвоздушном просторе настоящего Моря Дождей. Поворачиваясь всем корпусом, юноша осмотрелся.
Сзади, справа и слева возвышались постройки станции Залив Радуги. Особенно впечатлял прозрачный купол, под которым плескались черные волны искусственного водоема. Над головой, сияя посадочными огнями, проплыл очередной лунолет. А впереди лежала тусклая пыльная равнина, словно оспой испещренная мелкими кратерами. Женщина, не останавливаясь, шагала вперед, и Мэл бросился ее догонять. При этом он не учел коварства лунного тяготения.
Массивное, хотя и сказочно легкое, тулово лунного скафандра качнулось вперед, а ноги отстали. Из-за чего, вместо того чтобы сделать шаг, горе-турист оттолкнулся обеими ногами, словно собирался нырнуть. Потеряв равновесие, он ничком повалился под ноги закованной в космические латы красавице. Невольный вскрик, замкнутый в шлеме, оглушил его самого, но показалось, что он разносится по всему Заливу.
«Что с вами?» – услышал он в наушниках встревоженный голос Сабины.
«Ничего», – пробормотал Мэл, ворочаясь в серебристо-черной лунной пыли.
«Оттолкнитесь обеими руками», – посоветовала женщина.
Он последовал ее совету, плавно, будто на кинопленке, пущенной вспять, вернулся в вертикальное положение. Странная чернота стояла у него перед глазами. Это было неожиданно и пугающе. Мэл не понимал, что случилось. Не мог же он ослепнуть от удара о Луну?! Вдруг в черноте появился просвет – мутное полукружие, сквозь которое едва пробивалось сияние земного полумесяца.
«Это все пыль, – вновь послышался в наушниках голос Сабины. – Она наэлектризована и мгновенно прилипает к любой поверхности».
Ее рука в толстой скафандровой перчатке вновь прошлась по забралу шлема юноши. Стало заметно светлее. Мэлу показалось, что эта удивительная женщина гладит его по лицу. Настроение у него заметно улучшилось, и нелепый нырок в пыль показался невероятно смешным. Юноша захохотал, и женщина подхватила его смех. Вдруг в наушниках раздался тихий, но понемногу нарастающий треск, словно кто-то еще начал смеяться вместе с ними. Сабина показала рукою куда-то вдаль. Мэл послушно вгляделся. Поначалу он не понял, куда, собственно, следует смотреть. У самого горизонта торчали какие-то зубцы, видимо, вершины скал, но в следующую минуту он увидел ослепительные огни, вспыхнувшие на этих зубцах, словно там кто-то зажег сигнальные прожекторы.
«Это первые предвестники лунного дня, – сказала его спутница. – Восходящее солнце освещает вершины Юрских гор…» «Красиво!» – отозвался Мэл, но думал он не о восходе, а об этой удивительной женщине, с которой его свела судьба.
«Ну что, попрыгали?» – спросила вдруг Сабина.
Мэл не успел удивиться, когда она вдруг присела и взвилась в черное, исколотое разноцветными булавками звезд небо. Плавный прыжок унес женщину недалеко, но в маленьком лунном мире казалось, что она перенеслась на сотни метров. Юноша последовал ее примеру. На этот раз ему удалось прилуниться вполне удачно. Едва он обрел равновесие, как Сабина снова унеслась вперед. Словно расшалившиеся дети, скакали они, вздымая облачка пыли, иногда падали в нее, и вскоре вымазались с головы до ног. Несколько раз пришлось помогать друг другу очищать прозрачные забрала шлемов.