Разумеется, Мэл не испытывал страха ни перед этой голубой бездной, ни перед жнецами, которые могли внезапно на него напасть, у него просто никак не получалось привыкнуть к тому, что действовать приходится во всех трех измерениях сразу, не чувствуя при этом твердой почвы под ногами. Даже на гигантских деревьях, где стоило лишь оступиться – и полетишь верх тормашками, Проворный Нож чувствовал себя уверенней. Ничего, он привыкнет. Обязан привыкнуть, иначе толку от него нынешним днем не будет. И это в лучшем случае. А в худшем, он не сможет помочь своим товарищам в их борьбе с Беспристрастными Судьями, которые, похоже, во что бы то ни стало хотят убрать отважную четверку с кровавых полей «Жатвы».
Пусть только попробуют! Мэл постарался взять себя в руки. Перестал цепляться за твердые отростки кораллов и медленно поплыл вдоль рифа, внимательно осматривая окрестности. В одиночестве он оставался недолго. Несколько жнецов обнаружилось на параллельном курсе. И плыли они в том же направлении. Проворного Ножа жнецы не заметили. Видимо, были слишком сосредоточены на какой-то цели. Стоило выяснить, на какой именно. Поэтому Мэл повернул вслед за ними. Он старался плыть достаточно быстро, чтобы не упустить их из виду и при этом самому оставаться незамеченным.
Опытным взглядом, даже на расстоянии, Проворный Нож определил, что это неписи. Двигались они весьма уверенно, следовательно, были специально запрограммированы для передвижения в водной среде. Если верить тому, как пересказал сценарий знаменитый режиссер Пирс, то неписи должны специально выискивать четверку друзей, для того чтобы навсегда вывести их из игры. Значит, эта компашка, что бодро молотит ластами, направляется сейчас либо к Беспощадному Мечу, либо к Зоркой Лучнице, либо… Нет, язык не поворачивался назвать прекраснейшую на свете женщину случайным и, с его точки зрения, обидным прозвищем Лунная Пассия…
При одной только мысли, что Сабине может что-то сейчас угрожать, Мэла бросило в жар, будто кровь вскипела у него в жилах, как это бывает при декомпрессии. Он забыл о неуверенности. Он думал только о женщине, без которой уже не представлял своей жизни. И все же, как ни рвался Проворный Нож на выручку Лунной Пассии, он опоздал. Актриса справилась со своими врагами сама. Мэл застал ее среди плавающих безжизненных тел, которые, по счастью, нельзя было назвать трупами. И еще одно «тело», удирающее во все лопатки, мелькнуло вдали.
Узнав друга, Сабина обрадовалась настолько, что кинулась его обнимать. К сожалению, под водой нельзя было разговаривать и иначе как жестами объясниться было невозможно. Проворный Нож не рискнул ответить на объятия напарницы, но, когда та от него отстранилась, знаками показал, что нужно плыть на поиски друзей. Лунная Пассия и не спорила, по собственному опыту зная, что любой из них может оказаться в ловушке. Рука об руку напарники устремились на поиски второй пары из их четверки героев. Правда, Сабине приходилось время от времени притормаживать, чтобы ее несостоявшийся спаситель не отстал.
Не так-то просто найти в огромном трехмерном пространстве, где нельзя услышать людского голоса, да и звуки морских обитателей, без специальных приборов – тоже, две небольшие человеческие фигурки. Проворный Нож и Лунная Пассия метались в водной толще, но все время натыкались на других жнецов. Приходилось ввязываться в драку. Нельзя же было отказаться от лавров героев дня. Оставляя за собой мутное облако синтетической крови, напарники продолжали поиски. Иногда они натыкались на останки участников «Жатвы», что медленно всплывали к поверхности или оставались у дна, зацепившись за коралловые ветки. Всякий раз, завидев обескровленные тела, Сабина и Мэл встревоженно переглядывались – не наши ли?! – но пока обходилось.
Они едва успели. Кровавое месиво в прозрачной воде было заметно за несколько миль, но ориентироваться в нем было трудно. Судя по тому, что кровь до сих не рассеялась, бой был в самом разгаре. Сомневаться не приходилось, где-то в центре этого мутного облака бились не на жизнь, а на смерть их друзья. Других целей у жнецов, которых науськивали неписи, сегодня не было. Лунная Пассия и Проворный Нож, выхватив стрелометы, устремились туда, где муть была гуще. Они проплыли около мили, прежде чем наткнулись на первые тела. А еще через полмили – на действующих жнецов.