Из темноты за моей спиной метнулся низкий силуэт Макса. Он что-то швырнул. Не гранату. Два комка липкой, тёмной массы. Они шлёпнулись о грудь и плечо вампира. Запах ударил в нос даже мне – резкий, тошнотворный, смесь чеснока, полыни и гнилого железа. Высший зашипел, пытаясь стряхнуть липкую гадость. Она не прожигала плоть, но дымилась, въедалась, отвлекала невыносимым зудом и жжением.
Высший выпрямился. Его алые глаза, слезящиеся от серебряной пыли, нашли Пашу. Он рванулся вперёд, невзирая на помехи, сбивая с ног обломки стула, которые Паша отбросил ранее.
Рука Высшего, с длинными костяными пальцами, взметнулась, чтобы ударить и разорвать.
Паша не отступил. Он резко дёрнул за конец верёвки, валявшейся у его ног.
Снаружи, в коридоре, грохнуло. Не взрыв, а глухой, мощный хлопок осветительной шашки. Через дверной проём на миг хлынул ослепительно-белый свет, и я увидела, как Высший инстинктивно зажмурился, потеряв ориентацию. В ту же секунду Паша метнул под его ноги что-то маленькое – ещё один мешочек. Он лопнул, рассыпав железные опилки, смешанные с чем-то тёмным, по полу, где слабо светились нарисованные мелом линии.
Высший, сделав шаг, вдруг споткнулся, будто нога на мгновение прилипла к полу. Он зарычал низко и по-звериному.
– Теперь! – крикнул Паша, и голос его впервые сорвался на хрип.
Андрей, ждавший этого, вскинул обрез. Он целился не в голову, не в сердце. Он целился в ноги. Выстрел оглушил. Высший дёрнулся, но прилипшая нога задержала его на долю секунды. Пуля с глухим чавкающим звуком ударила ему в голень, чуть выше щиколотки.
Раздался звук, от которого сжалось всё внутри. Это был хриплый, надрывный, полный невыносимой боли и унижения рёв. Высший рухнул на одно колено.
И тут я заметила, как взгляд Высшего снова нашёл Влада. Мой брат стоял, прислонившись к стене, глаза были остекленевшие от боли. Высший, истекая чернотой, протянул к нему руку.
Я не думала.
Тело двинулось само. Я буквально обняла его, закрыв собой, и в ту же секунду ощутила, как в спину вонзается несколько маленьких лезвий. Я потеряла равновесие, издав сдавленный хрип, но брата не отпустила.
Пусть я больше не его щит, надёжный и непоколебимый, как раньше, и никогда им больше стать не смогу, но если мне всё-таки суждено умереть, пусть это будет в бою, а не на суде, как предательница.
Влад будто был не здесь. Он продолжал закрывать уши и глаза. Лишь изредка делая вздох, когда концентрация Высшего сбивалась.
– Паша! – закричал кто-то. Кажется, Андрей.
И в этот момент закричал Влад. Громко, истошно, направляя весь свой шум прямо на Высшего. Здание от этого пронзительного крика буквально ныло изнутри. Хлопали двери, стонали Пустые за запертыми дверями.
Я не могла пошевелиться, но почувствовала, как стальные когти вышли из моего тела и как горячая кровь стекает по бедру, быстро пропитывая ткань джинс.
Андрей с Максом оттащили нас к выходу.
Паша в этот момент дорисовывал светящуюся инверсию спирали фосфорной краской.
– Все назад, – скомандовал Паша, и вскоре в комнате остался только вампир.
Высший, всё ещё стоявший на колене, поднял голову. Его алые глаза встретились с глазами Паши. В них не осталось ни ярости, ни ненависти. Только холодная, бездонная пустота.
– Я приду за вами. За каждым из вас, – клятвенно произнёс вампир и облизал пальцы, обмазанные моей кровью.
– И мы будем тебя ждать, – сухо отчеканил начальник и бросил бомбочку под ноги Высшего. Она взорвалась светом и, видимо, каким-то ещё реагентом, потому что символ буквально вспыхнул синим пламенем, закрепляя вампира внутри.
Высший мучительно взревел, а когда пламя погасло – он исчез. Вот так легко и просто, точно так же как и появился, на своей сверхскорости. Только колючий ветер ударил в нас сквозь выбитое окно.
Тишина вернулась. Но теперь она была другой. Она была выжженной, пустой, как после пожара, и я не заметила, как провалилась в сладкое забвенье.
Глава 24. Паша
Осталось 13 минут
Воздух в кабинете был густым от напряжения и запаха дорогого парфюма. Я сидел напротив Райлы, отчёт о «ликвидации аномального объекта категории Бета» лежал на столе. Борис изучал каждую строку, то и дело красной ручкой оставляя пометки на полях.