– А теперь поговорим о главном, – мой тон стал тише и твёрже. Все в офисе ощутимо напряглись. – Наш враг наконец явил себя воочию. Показал своё лицо и понял, что мы готовы дать ему отпор. Сейчас он слаб и жутко зол. Мы сделали ему жалеемое. Мы сломали его влияние внутри офиса. И он точно будет действовать в лоб. Мы ослабили его физически, но он всё так же может влиять на мелкую нечисть, вроде тенегрызов, слизней, мимиков, отзеркальцев и прочих, с кем нам уже повезло столкнуться. И он будет бить с удвоенной силой. И нам предстоит самое сложное… игнорировать эти случаи, чтобы найти источник их распространения. Найти место, где осел Высший, и запереть его снова. – Я положил ключ в цинковом футляре перед всеми. Тот самый, что по легенде нашего офиса Кристина уничтожила в Москве.
– В Москве… – Кристина робко подала голос. Он был тихим, немного охрипшим. В ней словно погасла искра, которая делала её ею. – На задании с охотником из офиса «Волк» вампирий улей был создан этим артефактом, своего рода карман в измерении, который связывал и питал всех вампиров улья. Когда мы уничтожили его сердце, карман закрылся, и нам выпал этот ключ. И… – она запнулась, – это просто догадка, – на всякий случай уточнила она, – что если, когда Высший взял этот ключ в руки, он вышел из такого же сшитого в измерении кармана? Он не мог покинуть катакомбы, даже встать со своего кресла, но мог внушением управлять людьми после того, как Макс разрушил печать.
– А, так вот о какой стерве заикался Игорь, говоря о том, что кинула его со сдачей задания, – шутливо встрепенулся Андрей, но Кристина просто развела руками.
– Видимо, обо мне, – сухо подтвердила она и поджала губы, пряча взгляд за волосами.
– Мне кажется, нам надо сосредоточиться на целях Высшего, чтобы понять его мотив, – вставил своё слово Влад, даже не взглянув на сестру. – Эти скоординированные атаки били не только по нам. Он нас отвлекал, пока символы появлялись по всему Приморскому краю, как будто связывая точки. И он использовал сестру, чтобы добраться до одного из нас… – Он сделал паузу, давая всем осмыслить сказанное, а после уверенно закончил. – А конкретно – до меня.
– Нет, – ахнула Кристина, поставив чашку на стол. Она даже телом подалась вперёд, мотая головой из стороны в сторону.
– Я тоже об этом думал, – признался Андрей.
– И я, – поднял руку Макс. – Аналогичная ситуация была со мной и моей сестрой. – Только не понимаю, зачем ему ты?
– Как заметила моя сестра, – Влад говорил всё так же, игнорируя взгляды Кристины, – я могу влиять на сознание. Я проводник, который соединит все символы между собой.
– И Высший подчинит себе весь край, – закончил я мысль сухо и без удивления. – Я думал о таком варианте событий, но не верил до конца, что это возможно. Но с этой версией всё встаёт на свои места. К чему были все атаки, зачем нужно было держать под влиянием именно Кристину. Она не случайная жертва. Возможно, Высший почувствовал на ней твой след… И это значит, что ты у нас должен сидеть в офисе и не отсвечиваться до дня Х.
Я встал из-за стола и повесил на стене карту всего Приморского края, и красным флажком отметил наш город Анна, после обернулся к команде.
– Теперь я прошу каждого из вас вспомнить точное место всех наших столкновений за последний месяц и отметить их на карте уже жёлтыми флажками. Макс, поставь синий флажок на месте, где вы его с Кристиной освободили. И в дальнейшем мы с вами будем фиксировать так абсолютно всё, пока не поймём, откуда именно он раздаёт указания.
Охотники послушно выполнили мои указания. Данных было недостаточно, но теперь у нас хотя бы был какой-то план.
На этом совещание было окончено. Андрей и Макс забрали по папке рядовых заданий, вроде проверки склада. Влад ушёл к себе. А вот Кристина закрыла дверь, провернула щеколду, оставляя нас наедине, и тихо произнесла, подойдя к моему столу вплотную:
– У меня остались вопросы.
Глава 26. Паша
Я смотрел в её упрямые глаза, чувствуя, как сильно начинает биться в груди сердце и как порыв сжать её руку натыкается на раскалённый след от печати, заставляя меня вновь отстраниться.
– Я тебя внимательно слушаю, – сдержанно ответил я, откидываясь на спинку кресла.