Непослушными пальцами я вскрыла конверт. Первым оттуда выпал большой серебряный медальон с церковной символикой, и к нему на серебряной цепочке был прикреплён стикер.
«Заметил, что крестик ты больше не носишь, но защита тебе всё равно нужна. С твоим-то образом жизни».
Я слабо рассмеялась, а по щекам снова побежали градины слёз. Внутри была фотография с лета 2007 у бабушки в деревне. До того, как мы столкнулись со смертями, маньяками и демонами. Время, где мы ещё были самыми обычными детьми.
– Удачный выбор, братишка, – хрипло произнесла я и сразу же надела медальон на шею, пряча его под свитер. Он холодил кожу, но как будто давал опору. Даже если он исчезнет с фото, я пойму, что там кто-то был. Что там был он…
После была целая коллекция наших фотографий, которую он мог взять только у мамы в старых семейных альбомах. И когда он успел их забрать?
А под всеми фотографиями я увидела самый обычный двойной листок в клеточку.
Я несколько раз выдохнула, прежде чем угомонить тремор рук, и снова вытерла пелену слёз, и только после начала читать.
«Моя дорогая сестрёнка.
Ты так выросла… и стала по-настоящему крутой девчонкой. Я тобой горжусь. Ты лучшая сестра, о которой только можно было мечтать.
И прости, что не стал тебе таким же лучшим старшим братом, каким бы мог быть.
Знаю, ты думаешь, что я избегал тебя, игнорировал, потому что ненавидел или не мог простить, но это не так. Совсем не так. Я простил тебя ещё в тот момент, когда понял, что ты была под внушением.
Ты всю жизнь спасала меня ценой своего счастья. Настала моя очередь быть старшим братом и защитить свою маленькую сестрёнку.
Знаю, ты думаешь, что должна быть на моём месте, но это не так! Прими ту правду, что только я мог это всё закончить. Это было только моё решение. Мой выбор. И моя судьба.
Не знаю, какого там будет в этом Забвенье, но точно знаю, что с ним с тебя спадёт клеймо «Сестры убийцы-психопата». Все забудут, что это был я и что это вообще было.
Ты не в чём не виновата. Найди искупление и прощение в своей душе. И рядом с тобой есть человек, который не даст тебе упасть в бездну, даже если цена за это будет твоя ненависть.
Прошу тебя, сестрёнка, не отталкивай от себя людей, которых любишь, из-за выбора, который сделал я. Живи свободно, нарушай правила, запреты, люби и будь счастлива в память обо мне.
А я, если смогу, буду приглядывать за тобой.
Просто смотри на солнце. Каждый первый лучик после темноты ночи буду я.
Люблю тебя, сестрёнка.
Прощай, твой брат Владислав Матюхин».
Глава 35. Кристина
Неделю спустя.
Мне нужно было время. Здесь я не могла даже дышать, и поэтому, бросив всё, кроме письма и фотографий, молча ушла, никому ничего не сказав. Так было прощё.
Спустя неделю после того, как встретила первый лучик весеннего солнца на крыше с бутылочкой пива и своих слёз, что медленно стекали по щекам, я вернулась в офис так же тихо, как и ушла, а вернее, исчезла.
Паша явно уже собрался выходить. В его руке была куртка, а в другой – букет траурных цветов. Мы столкнулись в пороге. Его зрачки расширились, точно он увидел призрака.
– Привет, – так просто поздоровалась с ним я. Без эмоций, без слёз. Так легче. – Я пришла за заданием, Шеф.
– Кристи… – прошептал он тихо, с трепетом. Его руки дёрнулись, чтобы обнять меня, но я отстранилась. Рана была ещё слишком свежей, чтобы принять правду и чтобы жить. – Где ты была? Мы везде искали тебя… Уже начали думать о худшем…
В его взгляде отразилась бесконечная боль того, что ему пришлось пережить. В тёмных волосах даже проступили первые седые пряди. А на руке у него были часы. Те самые, которые я курьером отправила ему с полупрозрачной гравировкой внутри: «Запретный плод всегда сладок. Твоя Кристи». Мне хотелось оставить ему подсказку, что я была и что между нами было, даже если бы имя стёрлось. В итоге они лишь напоминание о том, что я осталась жива.
– Надо было прийти в себя, – безразлично пожала я плечами. – Но, честное пионерское, я больше не сбегу… мне некуда и незачем больше бежать.