— Ты как? — Тихо спросила девушка, явно колеблясь и не решаясь подходить ближе, чем на пару метров.
— Хреново. Но жить буду. Как там Антон? — Еле ворочая мышцами, произнес я, терпя ужасную боль и через силу сплевывая новый комок мокроты. Все тело жгло изнутри от прокатившихся потоков энергии. Каждый орган, каждую кость и мышцу. А последние еще и не слушались из-за дикой усталости и перенапряжения.
— Ему уже лучше. Он сказал, что моя способность очень хорошо помогла. Жаль, что энергии больше не осталось. — Тут же оживилась она. Да и в целом, от той хандры, с которой она записывала видео, больше ничего не осталось.
— Спасибо. — После долгой паузы и совсем тихо добавила она.
— За то, что попытался выбить из тебя дурь? — Пошутил я, уточняя. А то, кто этих женщин разберет.
— Да. Я теперь по-другому… я… В общем, мне теперь гораздо лучше. — Начала она подбирать слова. — Скоро ужин будет. Ты сможешь есть?
Новый вопрос заставил меня вспомнить, что внутри желудка сейчас расцветала черная дыра. Я и так почти не ел во время похода, успев отвыкнуть от обильных приемов пищи. А после возвышения, как и в прошлый раз сразу же по пробуждению, аппетит был зверским.
— Как-то придется. — Я попробовал поднять руку, но получилось это с трудом.
— Я могу тебе помочь. — Тут же предложила свою помощь девушка, как будто между нами ничего и не произошло. С другой стороны, отлично, что она не начала обижаться. — Или это такой хитрый план, чтобы меня убить, подмешав в еду ядовитых растений, что здесь сделать крайне просто! — Пошутил я мысленно.
— Как романтично. Ночь, звезды, и девушка, что будет кормить с ложечки. — продолжил я шутить, давая выход эмоциям. Все же даже моя маска давала трещины после всего пережитого.
— Ты это, ни на что такое не надейся. — тут же осадила меня Чешка. — Я даже лица твоего не видела. — Добавила она, и действительно. Хоть респиратор я и снял, но балаклава продолжала сковывать лицо, уже вся насквозь пропитанная потом. Да и конспирация моя летела к черту. Голос, множество данных, сетчатка глаза, что вполне себе могла быть заснята камерами экзоброни. Но сейчас на это уже было честно пофиг. Сейчас нужно было тупо выжить и стать сильнее. А как там дальше, припашет меня правительство, или я свалю куда, это уже будем решать после. Да и ощущение мокрой и плотной ткани на лице меня доконало.
И трясущимися руками я стянул ткань, давая лицу ощутить прохладный ветерок и глядя на ночное небо. А оно здесь было странным, неземным. Ночь была яркой, пока что. И в черном небе над нами искрило что-то, напоминающее звезды. Вот только я уже знал, что их тут, внутри огромной сферы, быть не могло. Кроме того, некоторые точки иногда гасли, другие вспыхивали, а между ними протекали ниточки разрядов. Наверное, то же самое было и днем, но тогда яркий свет затмевал все эти гирлянды разрядов, а сейчас их можно было рассмотреть во всей красе.
— Небо напоминает узор звезд и телесных рек, что есть есть в каждом из нас. Ты же помнишь трактат? — Спросил я. Что-то меня потянуло на философию.
— Конечно помню. — Алиса все же подошла ближе, рассматривая мое лицо. — Только страшно об этом говорить. Все это настолько… Чужое. Эта война, Аттон и Неттон, те образы чудищ и войн. И мы все в это ввязаны? Каковы наши шансы на то, чтобы выжить?
— Неправильный вопрос. — Прохрипел я. — Правильный, каковы наши шансы добраться до вершины могущества. Стать бессмертными. — В моем голосе снова прорезалась сила, отчего остатки травы вокруг заколыхались.
— Не думаю, что это про меня. Я надеюсь, что мы сможем жить как дальше. Пусть этим всем занимается армия. Или роботы. — Начала отнекиваться она.
— Глупо. Глупо бежать, если уж ты угодила сюда. Сейчас тебе лучше думать о том, как стать сильной.
— Сильной целительницей? — Пошутила девушка, садясь на землю рядом со мной.
— Да. И иссушать всех врагов одним взглядом, питаясь их жизнями. Кхе… — Вновь закашлялся я.
— Тебе бы самому не помереть. И много ты получил от этого? — Она сменила тему, посмотрев на кристаллы, парящие рядом со мной, со странным выражением, где наверняка были и страх, и ненависть, и затаенная надежда.
— Открыл две звезды. И того шесть. И поменял вибрации энергий.