— Это. Насколько больно? — Как-то странно спросила она.
— Настолько, что все твои предположения будут лишь пылью по сравнению с этими ощущениями. Но если есть достаточно просветления, все можно пережить.
— Тогда вряд ли я это когда-нибудь попробую. — В ее голосе вновь начало проступать апатия.
— Тебя снова придушить? — Прошипел я, и девушка даже чуть отшатнулась. Но ничего не ответила.
— Ты уже в этом дерьме. А значит, тебе остается лишь один путь. Стать сильнее. Ну или сдохнуть. Как наберешь пять кристаллов, обоих видов, этого тебе с запасом хватит на вторую звезду. И советую выбирать для нее копчик. А до этого просто держи их всегда под рукой, чтобы можно было раздавить в любой момент. И если попадешь в передрягу и жизни будет что-то угрожать, просто поглоти их. Главное, чтобы осколков силы не было больше чем просветления. Это смерть. — Продолжил я, делясь опытом.
— Но если просто их поглотить, не направляя в звезду, даже ты смогла бы кабанов голыми руками порвать. Или, как минимум, убежать. Все. Я устал говорить. — Замолчал я, оставляя Алису в тишине.
— Хорошо. Спасибо. — Она скинула рюкзак, начав там рыться и извлекая два своих кристалла. А потом засунула в карман на рукаве куртки, несмотря на то, что даже касаться их для нее сейчас было пыткой.
— Ужин! — Крикнул казах, и я смог даже заметить, как и Антон ковыляет к костру.
— Тебе помочь? — Спохватилась Алиса.
— Сам справлюсь. — Оскалился я, вступая в новую борьбу. Встать и дойти до костра. Звезды начали испускать силу, что одновременно усиливала боль, но давала мышцам возможность двигаться. И кряхтя как дед, я все же смог подняться, опираясь на меч и идя вперед. Но Алиса все равно взяла меня за руку. Так, мы и дошли до костра.
Рядом с валуном, на котором сейчас стоял Богдан, пылал костерок. Маленький. Все же трава и небольшие кустарники не могли дать нормального топлива. Но из общей кучи достали и горючие брекеты, которые, кажется, притащила с собой Йохана. Да и даже газовая горелка у нас была, но ее решили оставить на потом.
Сейчас же Матвей кашеварил над банками консервов, разогревая их на костре. Да и прочей мелочевки вроде питательных батончиков и всего того, что догадались притащить люди с собой, было в избытке. Смерть от голода нам не грозила.
Уютную картину портил только Григорий, что как-то привалился в камню и тяжело дышал с закрытыми глазами. Его фигура притягивала все взгляды, служа и напоминанием о близкой смерти, что могла ждать каждого, и о человеческой глупости и жадности.
— Нормально? — Обратил на меня внимание Антон, что уже был куда свежее и двигался нормально, хоть и чуть заторможенно.
— Да. Открыл две звезды. — Начал садиться я, что было тем еще мучением.
— Вижу, лицо ты больше не скрываешь.
— Задолбался. Да и думаю, ты удалишь запись. — Произнес я, сам не понимая, вкладываю ли я в эти слова констатацию факта, просьбу или даже угрозу.
— Подумаем. — Отмахнулся Лейтенант. И взял банку тушенки, прямо пальцами выковыривая содержимое и за несколько секунд проглатывая всю банку. А потом взял вторую.
— Главарям еды больше? — Пошутила Йохана, оторвав взгляд от тела Григория и видя, как Матвей распределил еду. Несмотря на неплохие запасы, обжираться мы не могли. Особенно если учитывать, что непонятно сколько мы еще будем идти до портала. Но порции нашей тройки были раза в полтора-два больше.
— Именно. Возвышение требует огромных ресурсов организма. — Произнес Бактияр, беря свою порцию.
— А пацан вообще сможет увидеть тварей в темноте и такой траве? — Забеспокоился наконец Антон, кинув взгляд на Богдана. Я тоже об этом думал, но он высказал мысль быстрее.
— Мой тигр сможет. Он стал сильнее, после того как выел звезды предводителя вепрей, и я еще скормил ему пять жемчужин. Он сможет почуять добычу за несколько десятков метров. — Произнес Казах.
— И сколько у нас будет времени на реагирование? — Заинтересовался Антон. Вообще, идеально было бы поднять дрона с тепловизором, но мои мозги были против.
— Он почует добычу за многие десятки метров, и я сразу же это увижу, как и он. — Отмахнулся Бактияр, тоже закидывая в себя консервы. А мне стало не по себе пот его спокойствия. Даже я, нейровод, не мог вообразить, как он мысленно общается с духом. И как это влияет на его мировосприятие.
— Не раскисаем! Мы выжили. Почти все. И если дальше никто не будет глупить, то дойдем до выхода. С утра отправим дронов подальше, разведаем местность. Потом перейдем через лес. Река тоже не станет проблемой. Сделаем плот. Главное, мы трое стали сильнее, и теперь у нас больше шансов. — Слова Лейтенанта пылали силой и уверенностью. Болезненность прошла, и с каждой минутой он становился все здоровее!