Остальные же молчали, просто поглощая пищу. Никто не медлил, так что через пять минут уже все было съедено. Алиса вначале реально пыталась мне помогать, но в тридцать пять лет, и после амплуа матерого уголовника кушать с ложечки? Так что я и сам приноровился, восстанавливая моторику рук.
— А дронов не хватит, чтобы перенести человека? Ну чтобы сделать носилки, как в спасательных дронах, и так переправиться через реку или даже весь лес? — Неожиданно спросила Финляндка, предлагая офигенную идею. И я уставился на Антона, так как не знал точных характеристик дронов. А тот тоже призадумался.
— Хорошая идея. Тебя может и удастся поднять, но мужики будут слишком тяжелыми. Ни меня, ни Филипа, ни Матвея. Ни экзокостюм переправить не удастся. Не говоря уже о том, что эта конструкция может быть крайне ненадежной и опасной. — Убил он столь прекрасную идею. А ведь будь у него дроны иной модели, пускай даже в меньшем количестве, это вполне могло стать реальностью.
— Матвей. Попытайся накормить Григория. — Приказал Казах. На что Йохана лишь хмыкнула, явно считая, что ее несостоявшийся убийца не стоит того, чтобы на него жратву тратить.
— А ты, смени Богдана. — Бактияр это заметил и отправил ее на валун.
— Зачем, если твой тигр может… — Финляндка даже ожила, став общаться куда живее. Но резкий взгляд казаха ее прервал, и она отправилась залезать на валун.
— Все проверьте оружие. И не выпускайте из рук. Твари могут прийти неожиданно, и только так вы сможете дать им отпор. Но и не стреляйте издалека. У нас и так очень ограниченный запас патронов. К дробовикам двести шестьдесят из трехста. — Снова напомнил всем Антон. И действительно, вопрос боеприпасов стоял ребром.
— Я вообще думаю, что в будущем лучше будет, если тварей убивать буду я, мечом. Хоть это и потратит энергию, но та восстановится. А вот боеприпасы надо поберечь. Кстати, посмотри, как там волки. — Высказал он свои мысли. И я вновь поднял птичку, смотря через тепловизоры.
— Пируют на месте. Вокруг нас никого.
— Смотри, пожалуйста, периодически. Не доверяю я этой амебе. — Добавил он.
— Моего тигра и одного часового будет достаточно. Если все смогут вовремя проснуться и сориентироваться. — Возразил казах.
— Вот именно, если. А тут все гражданские. — Отрезал Антон. — Ладно. Я вроде восстановился. Так что теперь твоя очередь. — Лейтенант кивнул Бактияру, встав и размявшись.
А я посадил дрон на один из валунов, и сам встал, доковыляв до булыжника и оперевшись на него спиной, после чего прикрыл глаза. А Алиса, неожиданно, последоавала за мной хвостиком. Антон же сделал себе подушку из своего экзокостюма, свернув его особым образом. Глупо. Но я понимал, как сейчас ощущает себя лейтенант. С двумя техниками и двенадцатью звездами он ощущал себя сверхчеловеком.
А казах тем временем начал священнодействие возвышения. Вот только он явно не звезды начал открывать. Поглотив лишь один осколок просветления, он начал последовательно жать капли силы.
Три, пять, семь!
— Ты что творишь? Крикнул лейтенант, да и моя чуйка шептала, что сделай я тоже самое, и меня бы порвало в клочья. Только если казах не вливал силу в какое-то умение.
Только на одиннадцатой капле он остановился, израсходовав почти весь свой запас. А потом начал оглядываться, рассматривая то свои руки, то переводя взгляд на что-то иное.
После чего из общей кучи он достал синий свиток, технику звериного рывка. И поглотил еще пять осколков, зависнув и гипнотизируя дар Небесного закона.
А тот, вместо того чтобы привычно втечь под кожу, начал дрожать. Кристалл в форме бабмукового свитка вибрировал, и с него даже начали сыпаться искры, все больше и больше, пока свиток вдруг не развернулся, превращаясь в лист бумаги. Тоже, естественно, призрачный.
Было ли там что-то написано, я не видел. Но лист задрожал, запылал, осыпаясь невидимой пылью и как бы сбрасывая с себя все лишнее, а потом свернулся и уже затем нырнул в голову Бактияра, который подхватил свое копье, ударив им вперед. Потом еще раз и еще. Что он творил, всем присутствующим было абсолютно непонятно. Если уж это была техника рывка, то логичнее было бы увидеть прыжки, как у того кабана.
Но вот, на очередном ударе, наконечник копья вдруг засветился, тут же потухнув. На следующем ударе свечение силы уже стало боле плотным. На десятом ударе ци вдруг сорвалась вперед, порождая молнию. А на тридцатом ударе Бактияр развернулся к булыжнику, совершая очередной тычок вперед.