— Есть другой вопрос. ЗАЧЕМ. ОНО. СВОДИТ. ЛЮДЕЙ. К СЕБЕ? — Прочеканил я слова, ощущая, как внутри все холодеет. В последнее время страх стал обесцениваться. Сложно бояться чего-то, когда каждый день можешь умереть. Но у любого человека остается в глубине души то, что может его ввести в ужас. Особенно если это что-то темное и непонятное. И боевая машина, что стала кровавым практиком, зовущая к себе десятки, если не сотни людей, что уже выползали на улицу, замирая и не понимая что им делать дальше! Это было как раз тем, что могло пробудить в глубинах моей души страх.
— Это… Предупредим их? — Потянулась девушка к окну, но я грубо сжал ее руку своей ладонью.
— У кречетов есть дроны. Видишь? — Просипел я, замечая, как мелькает едва видимая тень где-то в воздухе.
— И что?
— А то, что нас взорвут мгновенно. — Прошептал я, и с удивлением понял, что и я вдруг сильно захотел предупредить всех. Я все еще был человек, я не мог бросить других умирать. От понимания этого, сознание начало дребезжать, разрываясь между желанием помочь и здравым смыслом. Но последний победил. Кто поверит крику безумца, против голоса армии? Голоса машины, защищающей людей. Никто.
— Ты улучшила невидимость? — Сухо просил я.
— Да. Рюкзак может скрыть, но не уверена насчет тебя. Я проверяла.
— Пофиг. Держи еще! Качай до третьего ранга! — Начал я вытаскивать кристаллы. Шестнадцать капель силы и один осколок просветления. Глупо? Нерационально? На секунду я задумался, уже привычно оценивая реальность. В какой-нибудь книге герой бы не стал тратиться так глупо, придумав бы иной путь. Но мы не в книге. Мы можем сдохнуть. Я могу сдохнуть! Ведь нихрена не понимаю, что здесь происходит! Духи захватывают боевые машины? Так ведь вроде эти духи материальные, да и враги вроде не помечаются как кровавые! В любом случае, осознание, что по городу могут разъезжать вот такие вот «зараженные» машины внушало в душу первобытный ужас. От такого никакой покров не защитит. И потому для спасения сейчас все средства были хороши. Даже если они будут дорого стоить.
Девушка не стала задавать глупых вопросов, просто начав жрать кристаллы. А я, ощущая, как адреналин бодрит кровь, позвал к себе и призрака. Как бы я ни хотел подольше подержать его на голодовке, усмиряя. Но опять же, все требует жертв.
(На колени, покажи свою покорность!) — Пригрозил я, и хотя слова были не совсем верными, но ментальный посыл дух уловил, подползя и начав стелиться по земле. Я же занес меч, показывая, как хочу ударить, и уже даже без посоха ощущая в своем пете страх, ярость, желание убежать или напасть в ответ. Но все прошло просто отлично!
Лезвие обрушилось вниз, замирая лишь в сантиметре от очередного щупальца. А призрак, хоть и задрожал, но не ослушался.
(МОЛОДЕЦ. За это получи награду) — Полностью удовлетворившись актом подчинения, я начал доставать кровавые кристаллы, кидая в духа сразу десяток, отчего он буквально начал кипеть, на глазах разрастаясь и становясь сильнее. Но без подобной ломки и создания вида, что я награждаю его за верность, пускать в него столько ресурсов было бы опасно.
Попутно я попробовал запитать кровавыми кристаллами и посох света, и это, как и ожидалось, получилось. Вот только светящиеся части артефакты, кнопка активации, совмещенная с индикатором заряда, и сам кристалл на конце, мгновенно приобрели кровавый оттенок, да и описание изменилось.
Этот артефакт, оскверненный кровавыми осколками душ заряжен минимально, чтобы его использовать. И любой, кто воспользуется оскверненным оружием, сам навлечет на себя кровавую печать!
Небесное познание вновь стало выдавать чуть больше информации, в том числе предупреждая, что и за использование артефакта я получу печать преступника. А интересно, вся эта хрень с кровавостью, она навечно? Или на время? И если последнее, то насколько, и насколько все усугубится с каждым кристаллом и каждым использованием посоха и флага? Вопросы были интересными, но пока что абсолютно неважными.
А я продолжил сливать кристаллы, доведя общий заряд до двадцати осколков. Зачем? А чуяло мое сердце, что придется все же валить кречета. Если не этого, то следующего. А заряда в десять камней, хоть и хватало на человека, но против танковой брони я хотел иметь аргумент понадежней.
Подойдя вновь к окну, я выглянул наружу. Все так же стараясь не привлекать к себе внимания. А обстановка вновь кардинально поменялась, ведь из прохода во двор вдруг ввалился новый кречет, а сразу за ним и боевой транспортник вместе с фигурками военных. Транспортник явно был поновее чем БМП, которое нас встречало у портала, с кучей наворотов на броне. Они тоже все кровавые?