Абрахам знал все это. Потому что Абрахам сам был одним из правителей Земли.
— Табия, подмети дорожку. — Обратился мужчина к одной из своих наложниц, когда закончил срезать листья с куста и направился к своему дому. Прислуги в поместье не было, кроме разве что «бездушных», как некоторые ретрограды называли андроидов. А для бытовых работ были многочисленные жены, наложницы и дети.
Войдя в просторный холл, Абрахам направился вниз, в подвал, входя в медицинский центр, жемчужину технологий, под управлением умнейшего искина. И хотя правители практически никогда и ничем не болели, благодаря идеальному образу жизни и многовековой селекции, а в последние несколько десятков лет так и вообще были близки к своему триумфу и обретению вечной жизни, испытывая разнообразные технологии на остальном населении, но не держать при себе подобную возможность было бы глупостью. А глупость не была присуща Абрахаму.
— Отец. Как самочувствие? — Чуть склонил он голову, смотря на дряхлого старика, сидящего прямо на полу в просторном зале, по привычке недалеко от реанимационной. Сто сорок лет… Почтенный возраст, в котором смерть нагоняет и может забрать в любой момент, даже если ты обладаешь всеми ресурсами мира. Так было до недавнего момента. Но десять дней назад все поменялось.
— Прекрасно! Чувствую себя так, что уже жалею о передаче власти тебе! Хе! — Произнес старик, раскрывая глаза, пылающие Силой. И его уверенность была неудивительной, учитывая, что вокруг стояли ящики, наполненные тысячами кристаллов. Капли силы, осколки просветления, кровавые осколки. Десятки техник, даров, умений и артефактов. Все то, что смогли добыть армии с момента прихода Небесного закона.
— Тогда можешь пойти на собрание вместо меня. — Ответно пошутил Абрахам.
— О нет. Решайте теперь сами, что делать. — Отмахнулся старик. — Меня все устраивает. Сам еще не решился?
— Нет. — Ответил Абрахам, но уже не столь уверенно. — Я подожду, пока соберется достаточно статистики, и только потом вкушу эти плоды. — Обвел он взглядом кристаллы.
— Мудрое решение. — Согласился его отец. — Но тебе пора. А то опоздаешь. — Глянул он на старинные часы. И Абрахам не стал продолжать разговор и направился обратно, ступая по золотому мрамору. На уровень ниже располагались пыточные. Но зачем они теперь, если мироустройство поменялось настолько сильно? И если даже один кровавый кристалл, судя по всему, дает силы больше чем самый ужасный ритуал?
Через несколько минут Абрахам уже вошел в просторный зал, с огромным круглым столом в центре, рассчитанным на сорок восемь персон. И, накинув на себя белую мантию, уселся в одиночестве, ожидая начала.
А ровно через минуту вспыхнули голопроекторы, создавая объемные картинки. И зал сразу же оказался заполнен людьми, сидящими на своих местах. Сорок восемь правителей. Сорок восемь фигур в белых мантиях, среди которых большинству было за пятьдесят лет, а многим перевалило и за девяносто. Но здесь оставались лишь те, чей ум оставался все таким же острым. Так сложилось, что наследники получали право войти сюда только в преклонном возрасте, после смерти своих отцов. Благо, большинство из властителей передавали дела своим преемникам куда как раньше, как и произошло с Абрахамом. Он, кстати, был одним из самых молодых «высших».
Синхронно руки всех присутствующих поднялись в жесте приветствия и также быстро опустились. А в центре стола вдруг появилась новая фигура, гуманоидная, лишенная каких-либо отличительных черт.
Мудрец.
Ведь даже если среди властителей мира большинство и были приверженцами старых традиций, они не были настолько глупы, чтобы игнорировать последние достижения прогресса, учитывая, что они же сами этот прогресс и двигали в нужную им сторону. Потому присутствие на совещаниях Искусственного интеллекта, самого мощного на планете Земля и воспитанного в полной преданности Совету было уже привычным делом последнего десятилетия. Однако роль Мудреца все еще была весьма и весьма ничтожной. Сбор информации, аналитика, высказывание предположений.
Через несколько секунд человек, сидящий под номером один, открыл небольшую коробочку, доставая оттуда две кости. Игральные, хотя они и были выточены из настоящих человеческих костей. Это было единственной привилегией первого номера. В остальном же все властители были равны, поддерживая такой статус железными правилами. И любой, кто захотел бы заиметь больше власти в совете, был бы мгновенно изгнан.