Мир замедлился, все стало ясным и простым. А техника лезвия звука вошла в режим улучшения, даруя мне безграничные возможности по ее улучшению.
Лезвие звука! — Пустил я вибрации в меч, что сейчас получилось невероятно просто и быстро. Однако что делать дальше? Усилить напор ци? Но без телесных рек это было извращением, в чем я уже убедился. Этим можно будет заняться и позже прокладки «проводов». Повысить частоту вибрации и улучшить контроль? Уже лучше. Этим я и занялся, фокусируя всю силу своего разума и волю именно на этом. Секунды, вторая, они текли медленно, как мед. Но я понял, что и это тупик и растрачивание ресурсов в никуда. А потому моя рука дрогнула, резко выкидывая меч вперед в простом уколе и пронзая камень.
Почему улучшение техники должно быть статичным? Кто сказал, что интенсивность вибрации всегда должна быть одинаковой? Почему бы не потратить часть просветления на отработку навыков мечника?
На меня словно снизошло озарение, и тело начало двигаться, разгоняясь до своего предела! Перехват двумя руками, и длинный меч, что, вообще-то, правильнее было называть скандинавским копьем, о чем я выудил информацию из глубин своего разума, узнавшего это еще в раннем детстве в ветке рассуждений под одной из книг, летит вниз, срубая кусочек камня. И вибрации усиливаются только в последний момент. Выходя на свой пик, визжа на недосягаемой ноте, что нельзя поддерживать долго.
Корпус докручивается одновременно с разрывом дистанции, и во время замаха плотность ци в клинке падает, а инерция растет, пока лезвие вновь не обрушивается на камень, мгновенно выходя на пик и разя цель как кончик хлыста!
Сменить стойку, и тело, почти пригнувшись к земле, выстреливает вперед, перекладывая всю массу и сил мышц в простой, но невероятно длинный выпад, загоняющий сталь глубоко в каменную стену, что от такого трещит, визжит и вдруг раскалывается, позволяя огромному булыжнику начать заваливаться на меня. Отскок, во время которого ноги скользят по поверхности камня, не отрываясь от него ни на миллиметр, ведь полет во время боя — это потеря контроля, и меч косым ударом снизу вверх врезается в падающую глыбу. Моих сил не хватит даже под просветлением, чтобы остановить падение многотонного булыжника. Но силы хватит, чтобы его расколоть! Удар!
Каменное крошево летит во все стороны, а я разрываю дистанцию. Заставляя меч пульсировать и визжать от силы, то почти затухающей, то выходящей на пик. Звук это не только мерное звучание. Вибрации не только ровные и последовательные. Оно может затухать и вспыхивать вновь, вписываясь в рисунок боя… Эта, казалось бы, простая истина и стала основой моего улучшения. Хотя в последний момент я переключился и на попытки насыщать технику сразу с двух рук. Да, я мог делать это ранее и левой, почти не хуже правой. А после открытия магистрали, или первого «созвездия» в руке, мог бы наверняка и лучше. Но вот одновременно с двух рук это пока получалось плохо. Происходил такой же рассинхрон, как и с двумя звездами в ладони. Но просветление кончилось быстрее, нежели я успел довести это до конца.
Этот идущий улучшил технику «Лезвие звука» (этап: открытие звезд) (качество: низкое) (ступень 2\7) (созвездие: нет) (стихия: звук)
Однако и так я остался более чем доволен. Звезды пульсировали, оставаясь наполненными менее чем на пятую часть, столько силы я потратил. Дыхание пыталось порвать легкие, настолько тело устало от казалось бы недолгой тренировки в полную мощь. Ну а левая рука свисала безвольной плетью. Но я не только смог сделать свое лезвие звука чуть сильнее, не только открыл возможность экономнее и эффективнее расходовать силы, но и приобрел просто чудовищный опыт обращения с мечом.
Да, Небесный закон не дал мне трактат об обращении с мечом. Может, таких и вовсе не было. Но он дал просветление. А оно могло стать самым лучшим учителем для чего угодно. И пока что я лишь начинал осознавать открывающиеся возможности в этом плане.
Перед глазами уже все плыло. Разум находился на пределе. Но что делать дальше? Просто идти спать? Это уже казалось мне противоестественной растратой времени, оправданной только если бы я принял закалки. Но вот беда, для прокачки тела у меня не было более свободных капель силы. Двенадцать штук оставались неприкасаемым запасом. А значит, мне нужно было слить на что-то осколки просветления. Повторное улучшение лезвия и хлопка я отмел сразу. Оставались лишь стихия и покров. Но к первому я был не готов от слова совсем. Слишком сложно. Слишком ответственный момент, чтобы приступать к нему в таком состоянии. А вот потренироваться в укреплении «доспеха», что оказался не таким уж и неуязвимым против местных тварей, было вполне себе идеей. Так что вновь забаррикадировавшись в своей пещере, я вновь втянул синие кристаллы.