Хотелось вновь закинуться нейроспайсом. Всего одно нажатие мысленной кнопки. А потом можно позвать Асоль, она любила быть в теле, а не в виртуальном пространстве. Но… Не сейчас! Сегодня он планировал изменить свою жизнь.
И резко развернувшись, парень вернулся в квартиру, опять усаживаясь на кресло и позволяя тому изменить форму, подстраиваясь под позу. А потом нервно промотал сотни информационных источников, отчего и изображения на стене замелькали. Имплант — это хорошо. Но получать информацию было лучше аналоговыми методами. Хотя бы через гласы, что проецировали свет на сетчатку. Еще лучше через древние экраны на стене. Мозг уставал меньше.
Но новой информации не было, и парень уже в какой раз запустил видео от Всемирного координационного штаба с допросом пленника. Внешники. Иномиряне! Пришельцы! Инопланетяне! Хотя последнее было не совсем верно. Ведь этот пришелец, если ему верить, родился не на планете. А в одном из мирков паутины. Да и ближайший к его собственному большой мир не являлся планетой. Скорее лишь огромным узлом той же самой паутины.
— Ваше имя? — Голос допрашивающего был спокоен и собран. Трон. Артем, конечно, понимал, что это постанова. Пришелец может и настоящий, что было видно по иным чертам лица, впрочем, не особо отличающим его от людей. А вот информация… Вряд ли его заставили лгать. Но скорее четко выверили все, что нужно показать толпе.
— Малод. — Голос внешника был усталым. Сломленным. Как и он сам, покрытый синяками и выглядящий не лучшим образом. Гуманизм? Координационный штаб уже прописал директивы, по которым все иномиряне не подпадали ни под какие конвенции. Так что сидящий перед экраном мужчина, закованный в толстые наручники, мог быть уже мертв, препарирован и пущен на опыты. Хотя вряд ли. Информация важнее.
— Где вы родились? — Разговор шел на Неттоне, с субтитрами и синхронным переводом на любой язык. Но Артем его уже понимал, ведь поглотил один осколок, став, формально, адептом Небесного закона. Вот только без силы, без единой звезды, теперь он был потенциальной целью для вызова на миссию, которые хоть и редко, но вытягивали даже беззвездных. И, пожалуй, именно этот риск и постоянный страх и вдохнули в его жизнь новый смысл.
— Черные скалы? Что это за место? Как далеко оно от нашей планеты? — Видео шло на ускорении в пять раз, привычной, комфортной скорости.
— Наверное, месяц пути напрямик. Я не знаю. Я не знаю точных расстояний. Мы долго странствовали.
— Что представляет из себя ваш мир? Шар, в котором жизнь расположена на внутренней стенке?
— Почти. Не шар, а замкнутая труба… Кольцо…
— Что находится снаружи этого тороида? — Трон, не уставая, задавал новые вопросы, не стесняясь применять и сложные термины на Неттоне, которых сам допрашиваемый, казалось, не всегда понимал. И вот вопрос, откуда Искин так хорошо освоил язык? Конечно, словари уже были созданы. Но их качество пока не могло охватить все слова. Да и если человек не знал слова изначально, то и на Неттоне его не знал. А когда узнавал на своем родном языке, то и термин на языке неба словно всплывал сам собой. А значит, этот искин, ведущий допрос, скорее всего, и сам как-то стал адептом.
Об этом на форумах тоже писали. Кажется, об этом писал сам Краснодарский Маньяк, впрочем его профиль уже потерли на сайте идущих, и Артем довольствовался лишь обрывками противоречивой информации. Впрочем, и остальные безбашенные адепты иногда ставили такие эксперименты. Какие-то аски горели намертво. Какие-то выживали и обретали сверхспособности. Зачастую после такого к ним домой наведывались спецслужбы, что удерживало остальных от экспериментов. Впрочем это было крайне сложно по множеству причин, начиная от того, что располагающиеся локально искины, с физической матрицей, были редкостью. А просто так сунуть кристалл в экран, в надежде что расположенная где-то в китае матрица обретет ци? Это так не работало.
— Хаос? Пустота? Потоки бездны. Я не видел. И никто кого знаю, не видел. Но говорят, там могут ходить своими тропами сильные идущие. Что там расстояние теряет свою прочность, что снизу разверзается бездна к самому истоку всего сущего, а сверху сияют высшие миры и звезда самого парагона…
— Ваш мир большой?
— Не очень. Месяц пути, и можно вернуться домой уже с другой стороны.