— А теперь послушай меня, Азар… — Позволил я внутренней кровавой пелене чуть вылиться наружу, заставляя воздух звенеть и дрожать, пока вольники, те, что поумнее, спешно отходили от нас подальше, на дистанцию, где их покровам точно не будет угрожать массовая заварушка…
— Мне нечего терять. Власти назначили меня монстром. И я таковым и стал. Я пришел сюда, убил и съел тех ублюдков, по сравнению с которыми я тут святой. И я взял власть сам…
— А власть, знаешь ли, развращает… И у тебя есть два варианта. Первый, быть вежливым, как в гостях, и договориться к обоюдной выгоде и спокойствию. Или второй. Начать бойню. Бойню, в которой я одержу верх, размазав вас так же, как в одиночку размазал шестерку тварей, каждый из которых был сильнее тебя. Так же как устроил здесь ад, беря все под контроль. Выбирай… — Закончил я, резко выхватывая посох вечного пламени из рук Романа, что только-только подошел, как, впрочем, и другие люди. Правда, наших тут было мало. Слишком мало. Зассали? Скорее всего. Но самых отбитых я уже укокошил сам же. А роман, мужик может и был правильным, но сейчас, явно, колебался, видя официальную власть. Так что посох пока побудет у меня.
— Не глупите, братцы… Не стоит всем ложиться костьми ради одного тупого командира… — Каким-то уж слишком скрипучим голосом добавил Баренцов, похоже, окончательно съезжая с катушек. Впрочем, то, что подполковник съезжал в мою сторону, вызывало глубокое удовлетворение.
— Чего ты добиваешься, старик? — Прошипел Азар — На что надеетесь? Даже если сможете положить нас здесь, это всем вам смертный приговор. Найдут и укокошат. А так есть шанс. Подчинитесь и катитесь после миссии на все четыре стороны. Так уж и быть. Мне тоже лишняя кровь не нужна. Но теперь здесь все будет по-нашему. — Его слова, несмотря на посеянное в рядах вояк сомнения, звучали все еще грозно. Да и дроны над нашими головами, какой-то слегка незнакомой мне модели, но такие узнаваемые, добавляли веса его словам. А кто оператор? Я попытался вычислить нейровода, но это было невозможно на первый взгляд. Однако, дроны были похожи на ос, которые вроде как стояли на вооружении Израиля, хоть те и называли их ласточками. Повидал я похожих. Ну а с учетом национальности Азара это уже наводило на конкретные мысли.
— Подчинитесь вы, и крови тоже не будет. Завтра я уйду отсюда, в портал, навстречу тварям. И делайте что хотите. А сегодня власть здесь принадлежит мне. — Не стал я отступать, впрочем, высказал новый аргумент. Всего сутки. Это могло бы заинтересовать оппонента. Но нас прервала одна из женщин, вольников, которые были или так уверены в себе, или просто тупы, что стояли близко к нашей переговорной группе. Впрочем, она вряд ли относилась к последним. Уж слишком уверенно стояла. Слишком четким был тот флер силы, что расползался от нее во все стороны.
— У меня есть иное предложение… — Голос прозвучал тихо, но в полной тишине его услышали все, хоть большинство из присутствующих, наверное, и решили что-то типа «куда ты лезешь, дура?»
А та, откинув глубокий капюшон и показывая свое лицо, явно метиски из халифата, что сохранила почти все от европейской внешности, продолжала идти вперед, нисколько не заботясь, что находится в эпицентре напряжения, меж двух огней. А тем временем моя чуйка, или вернее восприятие, что как я уже понял, на высокой(5) закалке работало с ощущением чужой силы куда лучше, чем у тех, кто этой ступени не достиг, начало сигнализировать, что передо мной сильный враг.
— Ты… — Она указала на меня своим длинным копьем, немного вычурным, и явно чудовищно массивным. Я даже применил познание, ища подвох, но оружие оказалось стандартным, без особых артефактных свойств.
— Ты взял тут власть по праву силы? Убил прошлых кровавых? Сам стал правителем? — В голосе примерно сорокалетней, но еще довольно недурной собой женщины, если бы еще убрать кучу морщинок и такое серьезное выражение лица, не было никакой неуверенности. И это разом ставило ее на ступеньку выше. В словах же слышалось презрение. Презрение ко мне как к отбросу, пускай и хорошо замаскированное под плавностью и спокойствием речи.
— Тогда как насчет нового испытания? Боя один на один, где победитель забирает все? Я против тебя. Мое возвышение против твоего. Только уж извини, давай без этого занятного артефакта вечного пламени. Сделай девушке одолжение…